Но и я не отводил взгляд, зная, что малейшее проявление слабости будет использовано против меня.
— Генерал, — снова изменил интонацию на более мягкую, преисполненную уважения. — Ваш план… Уверен, вы понимаете, что он весь… Непонятно, с кем этот рух работает, на кого. Генеральное сражение может обернуться провалом. Вдруг турки уже в курсе и готовы?
Ростовский поморщился, его лицо исказилось от плохо скрываемого гнева. Источник генерала реагировал на эмоции, наполняясь энергией, готовой вот-вот вырваться наружу.
Вдруг у генерала на столе замигал красный кристалл. Ростовский тут же поднял руку и деактивировал все глушилки, воздух в шатре снова стал легче. В этот момент в дверь постучали.
— Ваша светлость! — позвал голос снаружи.
— Входи, — бросил генерал.
Полог отодвинулся, и в шатёр заглянул Топоров. Его взгляд сначала метнулся к Ростовскому, потом ко мне, и в нём отразилось плохо скрываемое раздражение.
— Там… турок едет под белым флагом к нам, — сообщил полковник с явным недоумением.
— Чего? — синхронно произнесли мы с генералом.
— Дипломат, видимо, — добавил Топоров. — С представителями из высшего командования противника."
"По его тону было ясно, что это нечастое событие на фронте.
— Свободны, Магинский, — махнул рукой Ростовский. — Я подумаю над вашим предложением.
Козырнул и вышел из шатра. Топоров сверлил меня взглядом, полным неприкрытой ненависти.
По дороге обратно в моей голове крутились три мысли. Первая: «Дипломат? Зачем? Почему сейчас? Весьма странное совпадение после нашего ночного рейда. Может, они чего-то испугались?»
Дальше: «Как мне активировать Топорова и не сдохнуть? Уже был близок к смерти в битве с Рязановым, а полковник явно сильнее».
И последняя: «Зелья. Нужно начать готовиться». В том, что князь согласится на мои условия, я почти уверен. Слишком сильно он хочет разобраться с рухами.
Шёл по лагерю, кивая тем, кто приветствовал меня. После ночного боя мой взвод стал живой легендой. Солдаты и офицеры других подразделений провожали меня взглядами. Кто с уважением, кто с завистью, а некоторые — и с нескрываемой неприязнью.
Взвод расположился на старом месте. Солдаты успели восстановить разрушенную взрывом часть. Не зря я их гонял на тренировках: они не только умеют воевать, но и строить.
Подошёл ближе и замедлил шаг.