Так вот кто за этим стоит! Сосулька решил глаза и уши к нам подсадить. Ну, это было ожидаемо. Вот только зачем такая откровенная фигура? Рязанов как шпион слишком заметен. Может, отвлекающий манёвр? Или майор считает меня идиотом, который не увидит очевидного?
— Хорошо, — ответил я спокойно.
Лейтенант с видимым облегчением кивнул и быстро ретировался. Видимо, не хотел стать свидетелем назревающего конфликта. Умно с его стороны.
Вокруг нас уже начали собираться солдаты. Новость о прибытии Рязанова распространилась по лагерю со скоростью лесного пожара.
Как интересно… Можно, конечно, поартачиться, но смысл? В любом случае определят. А так сэкономлю время и себе, и другим.
— Ну, рассказывай, — хмыкнул я, когда лейтенант скрылся из виду.
— Что тебе рассказывать? — поморщился граф, осматривая казарму и моих людей.
Не люблю, когда мне навязывают людей, особенно таких заносчивых. И без того дел воз и маленькая тележка.
— Викентий Никодимович, если вы позволите, объясню некоторые правила в моём взводе, — поднялся я с бревна, на котором сидел. — Вот эти, — указал на командиров, — у них есть отряды. Они сработались, знают стратегию, хорошо натренированы, и я им доверяю.
Рязанов окинул взглядом моих командиров — простых сержантов и прапорщиков — и криво усмехнулся.
— Как это меня касается? — поморщился он, поправляя лейтенантские погоны.
— Как? — сделал вид, что задумался. — Ну, в моём взводе ты по факту будешь рядовым.
Лицо графа исказилось от негодования. Он сделал шаг вперёд, сжимая кулаки.
— Ошибаешься, — сплюнул на землю. — Я лейтенант, и мне плевать на твои правила, ведь ты тоже лейтенант!
— Так… — покачал головой. — Простым путём не получилось.
Рязанов дёрнулся, только сейчас заметив мои погоны капитана. В его глазах мелькнула неуверенность, но было уже поздно брать слова обратно.
— Ты кем себя возомнил, Магинский? — прошипел он сквозь зубы. — Думаешь, если нацепил капитанские погоны, то теперь всё можно?
Я улыбнулся, но не весело, а, скорее, хищно. Тот самый оскал, которым пугал своих врагов в прошлой жизни. Судя по тому, как напрягся парень, эффект не изменился и в этом мире.