Мишка было хотел покачать права, недовольно ворча и переступая с лапы на лапу. Его морда выражала явное нежелание заниматься такой грязной работой.
«Не забывай, что ты недавно хорошо покушал», — напомнил я, глядя ему прямо в глаза. Ам тут же сник, словно сдувшийся шарик.
Мы с отцом Ольги убрали доски с пола, чтобы монстр мог начать. Мужик жался ко мне, пока мишка ковырялся своими когтями у себя в носу. Когда мы закончили, монстр приступил к работе. Его мощные лапы врезались в землю, разбрасывая комья почвы в стороны.
Смирнов наблюдал за происходящим с открытым ртом. Его глаза, увеличенные линзами очков, казались огромными.
— Пора бы и нам начать, — обратился я к нему, прерывая оцепенение. — Моя кровь.
— Да-да, — кивнул мужик, словно очнувшись от состояния транса. Он засуетился, начал перебирать инструменты на столе. — Присаживайтесь сюда, Павел Александрович. Всё уже подготовлено.
Спустя пять минут я сидел на стуле. Через иголку и трубку красная жидкость стекала в какую-то ёмкость.
— Вы уверены, что ваша кровь обладает нужным эффектом? — уточнил мужик, рассматривая колбу на свет.
— Абсолютно, — кивнул в ответ. — У меня получалось разбавлять в пропорции где-то один к трём, но нужно больше. У нас заказ минимум на сто литров.
Смирнов сделал кое-какие пометки в своём блокноте и приступил к работе. Он смешал мою кровь с прозрачной жидкостью, добавил пару капель из другой колбы. Раствор закипел, меняя цвет с красного на янтарный.
— Если предварительные расчёты верны, — пробормотал Смирнов, не отрываясь от своего занятия, — то вашей крови должно хватить на первую партию.
Я кивнул, разминая руку. Место укола уже не болело, но ощущение некоторой слабости осталось. Впрочем, ничего такого, с чем не справились бы несколько глотков восстанавливающего зелья.
Ам тем временем закончил соединять сетью туннелей казарму, лабораторию и землянку.