Проходя по Маруяма-тё, я заметила у одного лав-отеля мужика средних лет, который, по всем признакам, вышел на охоту. Засунув руки в карманы плаща, он топтался на месте, пытаясь согреться. Мужиков, которым захотелось потрахаться, сразу видно — смотрят нагло, особо не церемонятся. Это как раз то, что надо.
Указав на отель, я предложила:
— Хорошее гнездышко, старичок. Может, позабавиться хочешь?
— Ты чего это? Тебе самой-то сколько? Чего это я вдруг старичок? А, старушка? — негромко отозвался он.
У него была лисья морда — прямо как у моего шефа.
— Старый хрен! Вот расскажу про тебя браткам, которые меня крышуют! Они с тобой быстро разберутся!
— А чего такого я сделал?
— Дурачить меня вздумал?! Ты где работаешь? В какой фирме? Я вот в архитектурно-строительной. Компания G. Слыхал про такую?
Мужик нахмурился и был таков.
— Козлина! Стоит с деревянной рожей. Бабу ему, видишь ли, захотелось! — орала я ему вслед и никак не могла остановиться.
Вдруг как из-под земли передо мной возникла тетка лет сорока, видимо наблюдавшая из тени за нашей разборкой, и робко тронула меня за руку:
— Можно вас на несколько слов?
Тетка была в белой вязаной шляпе и перчатках.
— Вам не следует заниматься этим низменным промыслом.
Озябшим рукам было приятно под перчатками, но я все-таки освободилась от ее рукопожатия.
— Ты о чем? Я из кожи вон лезла, чтобы подняться. Между прочим, была отличницей в университете.
— Понимаю. Понимаю. Если бы вы знали, как я вас понимаю. До боли в сердце.
Она дохнула на меня мятой.
— Что ты понимаешь? — Я холодно усмехнулась. — Я прекрасно обхожусь без твоей помощи. Днем работаю в фирме.
Я быстро показала ей удостоверение. Однако она даже не взглянула на него. Вместо это достала из сумки книжку в черном переплете и прижала к груди.
— Вам доставляет удовольствие так жить — торгуя собой?
— Конечно. Меня вполне устраивает.