И такой прекрасной! Она сводит меня с ума, мелькнуло у него в голове, когда он направился к двери, чтобы оставить ее одну. Для него наступила долгая мучительная ночь.
Глава 31
— Это никак нельзя назвать брачной ночью, Хэнк, — сонно сказала Саманта. — Ты упустил шанс.
— День — не помеха любовникам.
— Любовникам? О Боже! — Она попыталась освободиться из его рук. Эти руки… Саманта пришла в себя после глубокого сна, ощутив на себе его ищущие руки;
Она подумала, что видит сон, так прекрасны были ее ощущения.
— Тебе лучше уйти, — сказала Саманта, постаравшись придать своему голосу как можно больше равнодушия. — Мне уже известно, что тебя трудно остановить. Но твои старания мне ужасно надоели.
— Ты пытаешься уязвить меня безразличием? — мягко спросил Хэнк.
Она спокойно встретила его взгляд, немного нахмурившись.
— Неужели тебя можно чем-то задеть? Да я и не думаю, что для тебя это что-нибудь значит.
Хэнк понимающе усмехнулся.
— Сомневаюсь, что ты искренна. Твоего безразличия не хватит надолго.
Его губы нежно прикоснулись к ней. Мгновением позже она страстно ответила на его поцелуй. Желание охватило ее, она не могла противостоять его власти. Да и зачем? Он всегда ухитрялся сделать так, чтобы в ней родился страстный отклик. Он всегда побеждал.
Кроме того, он ее муж. Муж…
Она повторяла это слово раз за разом, пока Хэнк не вошел в нее. Застонав, она обхватила ногами его бедра и яростно отвечала на его толчки. Затем внезапно притянула его голову и укусила за ухо — не до крови, но так, что он почувствовал боль.
— Ты хотел, чтобы я запомнила, — прошептала она прежде, чем ее язык коснулся укушенного места, заставив Хэнка затрепетать. — Ты тоже запомнишь…"
"Он поцеловал ее, охваченный дикой страстью. Его напор усилился. Он был яростным диким зверем, и она отвечала ему тем же. Они застонали, испытывая пароксизм в одно и то же время…
Но желание Хэнка не истощилось. Он взял ее еще раз с такой же дикой страстью, как и раньше, и так же нежно.
Он был восхитительным мужчиной, этот красивый bandido, ее муж. Она уснула с этой мыслью, усталая, пресыщенная. Хэнк лежал рядом с ней, его голова покоилась на ее груди…
— Пора идти, Сэм. — Хэнк нежно потряс ее за плечо.
Он был одет и собирал ее вещи. Она молчала, благодарная ему за то, что он не смотрел на нее.