Ведь знал?
- Надеялся.
Его голос осип. Руки гладили её спину, ягодицы и снова возвращались к спине.
- Ты же родишь мне ребенка? Нам…
- Я сделаю вид, что не слышала твоего вопроса, Волгарский.
- Я люблю тебя, Руся. Как же сильно, черт возьми, я тебя люблю!
Лана, услышав заветные слова, оказалась на грани от того, чтобы не разреветься в голос. Всё-таки гормоны – опасная вещь.
- А почему не говорил? Ни разу… Зато ляпнул, что живешь ради детей…
- Ты забудешь эту долбанную фразу или нет, женщина?
Он оторвался от неё, отодвинул, чтобы заглянуть в глаза и в лицо.
То, что она скрывала.
Лана улыбнулась, ещё раз всхлипнув, и глухо сказала:
- Я тоже тебя люблю, Захар. Так что не смотри на меня так…ай…
Её снова прижали к себе, на этот раз начав лихорадочно покрывать лицо легкими и одновременно страстными поцелуями.
- Любишь?...
- Да.
- Ну наконец-то… Всю душу мне вытрясла своей неопределенностью, Руся. Я бы не выдержал, ещё немного и…
Она встала на цыпочки и обхватила его лицо руками.
- Захар, посмотри на меня, пожалуйста. И, пожалуйста, скажи, что ты сердился и был на взводе именно из-за этой так называемой неопределенности.
Захар улыбнулся и коротко кивнул.
- Потрепала ты мне нервы, девочка.
- А поговорить?…
Он усмехнулся.
- Как сегодня?
- А что – плохо поговорили?
- Едва не разругались в пух и прах.
- Да ладно… Иногда, говорят, полезно.
- Мне ругани и на работе хватает. А дома… с семьей хочется отдыхать.
Лана всё же расплакалась. Теплые струйки заскользили по её щекам.
- Эй, ты чего? – ласково спросил Захар и поспешно смахнул её слезы.
- Гормоны, будь они не ладны…
- Я куплю тебе кольцо, не расстраивайся, - начал он шутить, а она никак не могла успокоиться. – И не одно. Только скажи «да».
- Да! Да….
- Совершенно выбивающий из колеи разговор у нас с тобой вышел. И да, вообще-то, у меня для тебя сюрприз есть.
Шмыгнув носом, Лана, прищурив глаза, спросила:
- Какой?
- Пошли во двор, узнаешь. Сначала колготы или штанишки одень. Не фиг с голыми ляжками по морозу.
- На улице плюсовая температура.
Захар развернул её к себе спиной, шлепнул по попе и сказал напутственно:
- Живо надела спортивные брюки."
"Лана послушно переоделась в домашний брючной костюм. Он был не удобен тем, что приходилось задирать футболку при кормлении.