Уголки мужских губ дернулись кверху, он старался сдержать улыбку или смех.
- Ты пересмотрела боевиков, девочка. Насиловать тебя никто не собирается. Если только по доброй воле…
Господи, куда она попала...
- Руслана, расслабься, это была шутка.
- Шутка?
- Да.
- Ну, и шуточки у вас.
- У тебя на груди мокрое пятно…
А вот это уже плохо.
Лана опустила голову вниз и снова залилась краской.
- Черт, - она с силой прикусила нижнюю губу.
Прежде чем пойти к Волгарскому, она сцедила молоко, чтобы хватило Богдану на тот случай, если она не успеет обернуться.
И вот такой конфуз. Да ещё и на глазах незнакомого мужчины.
- Ты кормишь грудью?
Макар снова стал серьезным. Из его глаз ушла вся ирония.
- Да. Извините, я… Можно вы отвернетесь, и я…
- Нет. Поправляй лифчик при мне.
Щеки не просто полыхали, они горели.
- Мне не лифчик надо поправить, а сменить прокладку. Ту, что подкладывают в лифчик. Послушайте, вы…
- Доставай и отдавай сумку мне. Тогда отвернусь. Хотя, чего я не видел…
Вторично Лане повторять не надо было. Хорошо, что сумка по-прежнему находилась у неё. Поставив её на диван и открыв, она достала небольшую коробочку.
И как же стыдно за пятно на платье.
Аааа, плевать!
Эти мужланы поставили её в экстремальную ситуацию, вот и пусть теперь любуются на пятно.
Большинство мужчин испытывали дискомфорт в отношении всего, касающегося женской физиологии интимного характера, будь то критические дни или кормление. Смущались, делали вид, что ничего не видят.
Но не Макар.
Как сидел на краю стола, видимо, излюбленное их с боссом, место, так и продолжил."
"Мысленно ругаясь, Лана застегнула сумочку и оставила её в сторону. Молча посмотрела на охранника. Тот покачал головой и похлопал по столу. Мол, вот сюда надо.
Лана встала и, не чувствуя под собой ног, словно робот, выполняя механические движения, подошла к мужчине и, проигнорировав его молчаливый приказ, всучила свою сумку ему прямо в руки.