Вместо этого она осторожно оттолкнула ногой от выхода любопытную белоснежную ангорскую кошку, потом сама выглянула из квартиры и быстро оглядела площадку за спинами подруг.
— Вы одни?"
"Голос Жизели прозвучал как-то нервозно. Подруги и сами занервничали. Столько психов на них в последнее время посыпалось, что немудрено. Кто ее знает, эту девицу? Чего у нее на уме? Но Жизель, убедившись, что подруги явились к ней одни, заметно успокоилась.
— А я уж подумала, что с вами этот козел притащился!
— Какой козел?
— Как какой? Ну, любовник мой! Коростень этот, чтоб ему провалиться!
И Жизель подхватила на руки кошку, которая все пыталась удрать из квартиры и сунуть свой любопытный розовый носишко в каждую щелку.
— Козел он! Знали бы вы, какой он козел!
Подруги отказывались что-либо понимать. Она это говорит всерьез? Ей совсем не нравится Коростень? Вот уж странно! Ладно, если бы он был от нее без ума, так сказать, без взаимности.
— Ага, ему лишь бы непотребщиной заниматься! — ответила на вопрос подруг Жизель. — Козел! Вы бы знали, как он меня со своей любовью затрахал! Прямо пошевелиться не могу! Все тело болит! Ни сесть, ни встать, ни душ принять! Ужас!
Но тут она спохватилась, что этот в высшей степени занимательный монолог могут услышать соседи, и снова затрепыхалась.
— Да что же мы тут на пороге стоим? Проходите скорей!
И она посторонилась, пропуская подруг в квартиру.
— Тапочки надевайте! — суетилась она возле них. — Руки мойте! Сумки сюда кладите! Вот полотенце!
Леся, которая уже сполоснула руки под теплой водой, протянула руки к махровому полотенцу, которое висело на крючке возле двери.
— Нет, не это! — завопила внезапно Жизель. — Этим я вытираюсь. А то после развлечения с кнутом и плеткой шрамы до сих пор не зажили, кровь сочится.
Леся поспешно отдернула руки и вытерла их о собственную юбку. В конце концов, что за беда, если на ней и появится пара пятен от воды? Все лучше, чем чужая кровь после забав Коростеня.
— Проходите на кухню!
На кухне царил беспорядок. Похоже, ведением хозяйства Жизель себя не обременяла. На столе стояла половинка ароматной дыни и куча грязных тарелок с корками и дынными семечками.