Я еще пробежала по инерции несколько шагов, но тоже стала, а Ирден приобнял меня за плечи, придерживая и давая возможность отдышаться.
Шаман стоял с закрытыми глазами, покачиваясь и слушая нечто слышимое лишь ему. Племя молчало и внимало. Даже горгулья затаилась, она только тихонько и, кажется, машинально поглаживала меня по голове.
И тут орк открыл глаза и показал мне неприличный жест. Вернее, жест-то обычный, но на орочьем. Искала я уже его значение в библиотеке в свое время. Тот самый, который: «Ты избранная, ты в пути».
— Опять⁈ — воскликнула я. — Пришла уже! Вот же я. И амазонок вам нашла. Что опять не так⁈
Вредный старикашка улыбнулся во все клыки своей этой улыбочкой, которая меня уже бесит, и развел руками.
— Так говорят духи предков. Ты не закончила свой путь, вождь.
— У-у-у!!! — погрозила я в небо топориком, который сам прыгнул мне в руку. И возмущенно заявила ночному небу: — Так нечестно!"
"Звезды подмигнули мне в ответ.
Ирден засмеялся и спросил:
— Расскажи, старик, что говорят духи предков? Что предстоит моей жене?
— Ты укроешь крылом нашего вождя?
— Жену, — не поддался на провокацию дракон.
Я хотела ответить, но тут на меня вывалился вестник от дедушки. Под любопытными взглядами орков, дракона и горгульи я его вскрыла и при пляшущем свете костра прочитала:
«Забирай в степь первую партию. Внучка, я тебя очень люблю, но жениться снова не намерен! Та квсем им и передай».
О как! У меня округлились глаза, я передала записку Ирдену, и в нее тут же уткнулся он сам и прилетевшая к нему на плечо любопытная Зараза.
— Ух ты! Дедуська Хенлик зенится? — снова стала она картавить.
— Не женится. После смерти бабушки еще никому не удалось его окрутить, — ответила я и поманила Заразу. — Иди сюда, переход откроем. Орки, готовьтесь, прямо сейчас к вам придут женщины-амазонки.
У орков начался переполох. Не успела я к ним явиться, как сплошной кавардак — и подарки, и волшебство, и веселая нечисть, и пир, и камлание.
Я вздохнула и уже довольно привычным жестом разорвала пространство, ориентируясь на риата Доминго Хенрика Монка.