Он наклоняется быстрее, чем я могу что-то сказать, и коротко целует в губы. Совсем немного отстраняется и смотрит в глаза, засияв, чем вызывает во мне ещё больший укол вины.
— Мне очень приятно, что ты старалась для меня, но я хочу, чтобы ты знала, что красивое белье никак не влияет на мое желание. Потому что я хочу тебя всегда, независимо от того, что на тебе надето.
Я почти задыхаюсь от его слов. Потому что слышать такое от всегда сдержанного в проявлении своих желаний Себастьяна… Неожиданно.
Я выдергиваю свои ладошки из его.
— Но я думала, ты…
— Если я не торопил события, это не значит, что я не хочу тебя, — прерывает меня жених, будто и не замечая моего смятения.
— Эвелин… — он дёргает кадыком и передвигает взгляд от одного моего глаза к другому. — Эвелин, я хочу тебя.
Себастьян издает резкий выдох и приближается к моему лицу, но я успеваю выставить ладошку и остановить его губы.
— Нет, подожди. Я не могу, — беспомощно говорю я, сама не понимая, что со мной.
Себастьян хмурит брови, а затем резко скидывает мою ладошку со своих губ и рывком поднимается.
"— Вчера могла, а сегодня нет? Что поменялось, Эви? — зло выплевывает он, вгоняя меня в настоящий ступор. — Появился он и ты растаяла под его чарами? Или может он уже успел тебя трахнуть?
Я охаю и резко подрываюсь на ноги, нанося ему хлесткую пощечину. Лицо Себастьяна кидает вбок, и он застывает, а я тяжело дышу, чувствуя, как ноги начинают дрожать. Я впервые вижу своего жениха таким.
Себастьян стоит некоторое время, не двигаясь, а затем поворачивает лицо ко мне.
— Прости, — виновато выдыхает он. Бросает взгляд на кроватку и оставляет его там. — Я уезжаю, сегодня. Пока не знаю, надолго ли. Зашел попрощаться, — глухо сообщает, но на меня по прежнему не смотрит.
Я ничего не отвечаю. Не спрашиваю, куда и зачем, обида не даёт говорить. Но я примерно догадываюсь. За все время, что мы встречаемся, его отправляли за пределы города только один раз, но под руководством Дориана. Соседний город страдает от избытка уголовников и недостатка полицейских.
Себастьян все ещё новичок. Это он занял место Раяна. Через два месяца после того, как его ""убили"".
— Я позвоню, — врывается в слух голос моего жениха.
Он ступает ко мне и наклоняется, чтобы поцеловать, но я отворачиваю лицо в сторону. На этот раз сознательно.
Себастьян хмыкает, но не упрекает. Все же добивается своего, целует, но в щеку. Затем отступает и смотрит на меня. Я нарочно избегаю его, прожигая взглядом дверь комнаты.