Разжимаю слезливые веки и вижу Раяна, опустившегося передо мной на корточки. Его пальцы поглаживают мои бедра, а глаза обеспокоенно шарят по лицу.
— Эвелин, что такое? — следов металла в его голосе больше нет. — Я навредил тебе?
Я смыкаю губы и отрицательно качаю головой. Сказать по прежнему ничего не выходит. Чувствую непривычную слабость в теле и между ног все ноет, но знакомое кряхтение малышки заставляет быстро переключиться.
— Мне нужно покормить ее, — едва выдавливаю из себя. — Раян, пожалуйста, выйди, — сухо прошу я.
— Нет, — звучит безапелляционное.
Раян поднимается и подходит к кроватке, наклоняется и вновь берет дочь на руки. Прижимает к обнаженной груди и я волнительно задерживаю вдох, обнаруживая, насколько она выглядит маленькой в его больших руках. Я моментально подначиваюсь, но напряжение быстро сходит, потому что он держит ее так, словно хрустальную вазу, которая может разбиться от малейшего неточного движения.
Раян возвращается и садится рядом со мной.
Она быстро находит сосок и опускает пухлые пальчики на грудь, начиная увлеченно сосать. Сначала впивается сильно, но через минуту успокаивается и закрывает глазки, продолжая есть.
Я вдруг слышу прерывистый выдох рядом. Сама закрываю глаза и сглатываю, а внутри зарождается странное волнение. Что он сейчас чувствует, видя это? Вдруг его это оттолкнет?
Вместо ответов на свои беззвучные вопросы я ощущаю мягкий поцелуй, опустившийся на шею. Разжимаю веки и опускаю взгляд, неосознанно задержав дыхание.
Ладонь Раяна поддерживает головку малышки, нежно гладя большим пальцем щёчку, а губы продолжают целовать меня, прокладывая дорожку вдоль шеи.
— Я подумал, что это его ребенок, — выдыхает мне в кожу горячим воздухом, переполняя мурашками.
"По моему телу проходит ледяной озноб от того, как прозвучали последние слова. Я вспоминаю момент, перед тем как потеряла сознание, и пазл идеально складывается. Так вот почему Раян смотрел с такой яростью! Его ненависть была направлена не на меня, а на Себастьяна.
Имя жениха словно ударяет молотом по голове.