Я зависаю на пару секунд, но все же послушно опускаю щеку на его грудь и закрываю глаза, стараясь заснуть. Делаю вдох-выдох несколько раз подряд, но ничего не получается.
— Раян, — имя любимого само по себе слетает с губ.
— Хм?
— Ты ведь никогда так не поступишь со мной, правда? — спрашиваю немного волнительно, хоть и знаю об этом, но мне вдруг становится важным услышать это от него, убедиться, почувствовать. Ещё раз.
— Конечно нет, Эвелин, — спустя секунду твердо отвечает он. Проводит рукой по моей спине и подтягивает ещё ближе к себе.
Я расплываюсь в улыбке и трусь щекой об его грудь. Оставляю там лёгкий поцелуй и прижимаюсь, чувствуя себя так хорошо с ним.
— Я люблю тебя, — шепчу признание, переполняясь любовью и нежностью.
Раян уже на отвечает, а мне этого и не надо. Мои глаза закрываются, а улыбка не сходит с губ. Ведь мы с ним одно целое. И так будет всегда.
19
Раян
По тумбе протягивается милисекундная вибрация и дисплей телефона засвечивается в темноте. Глаза машинально открываются, взгляд утыкается в потолок.
Рефлекс выживания всегда срабатывает быстрее, чем в мозг посылается понимание. Этот год лишь укрепил старые навыки. Первое и самое важное правило: бодрствовать даже во сне. Рискнешь упустить малейший звук или движение и ты труп.
Поворачиваю голову в сторону и мгновение разглядываю неподвижный затылок Эвелин. Затем бесшумно тянусь к телефону.
«Пора.»
Всего одно слово на дисплее, от которого внутри всё начинает бурлить. На улице глубокая ночь, кругом кромешная тишина.
Сжимаю телефон в ладонь и подвожу спину вверх. Одеяло падает с груди, челюсть сжимается. Подтягиваю колено и опираюсь рукой, оставляя телефон небрежно свисать из-под пальцев.
Поворачиваю лицо и зависаю на ней.
Эвелин спит на боку от меня, одеяло небрежно откинутое до пояса. Взглядом устремляюсь в волнистые каштановые волосы, соблазнительно рассыпавшиеся по подушке, медленно опускаюсь к шее и замираю на хрупкой спине.
Край её шелкового халата приспустился, а тонкая бретелька ночнушки сползла с плеча, обнажая нежную, бархатную кожу. Я бесшумно сглатываю, вдруг ощущая нестерпимую жажду. Медленно наклоняюсь ниже и почти не дышу, когда мне открывается ее лицо.
Блики лунного света падают на нее, отбрасывая чёрно-белые тени. Щека прижата к подушке, густые ресницы подрагивают во сне, дыхание плавное и медленное. Она так красива, даже когда спит.