– Вадим Льво-ович, – лысый и круглый земельный чиновник расплылся в улыбке и раскрыл для объятий короткие ручки, – ты все цветешь и пахнешь!
– Вашими молитвами, – Вадим выдал из себя ответную улыбку и осторожно обнял акционера.
– Пойдем, – он усмехнулся, – расскажешь, что к чему.
Они уселись в переговорной, Вера Андреевна принесла кофе, и разговор потек в привычном русле: во сколько обошлось, когда окончание строительства, требуется ли помощь. Постепенно, один за другим, прибывали другие акционеры – все нужные и полезные люди.
– Начнем?
– Давай! Быстрее закончим.
Он открыл презентацию отчета на ноутбуке, на большом экране за его спиной тут же вспыхнула красочная картинка, и уже начал говорить, как дверь переговорной широко распахнулась.
На пороге собственной персоной стоял Энди Маккей.
– Не жда-али? – тягучие, мрачно звучавшие слова заставили Вадима вздрогнуть.
Он молча смотрел на шотландца, сгорая от ненависти.
– А я пожаловал, – Энди доложил с усмешкой.
– Присоединяйтесь, мистер Маккей, мы только начали. – Вадим едва выдавил из себя эту фразу. Больше всего на свете ему хотелось вскочить и проделать с этим «мистером» то же самое, что он сделал несколько часов назад с другим собачьим ублюдком.
– Правильно, не будем терять время! Я здесь, чтобы сказать: Вадим Львович снят с поста генерального директора.
По комнате пронесся испуганный гул. Чиновники и денежные мешки стали озадаченно переглядываться между собой, но ни один из них даже не попытался возразить.
– Я готов временно сам занять это кресло.
Глава 8
То, что людьми принято называть судьбою, является, в сущности, лишь совокупностью учиненных ими глупостей.
Артур ШопенгауэрАлла сидела в кабинете, обложившись пособиями по юридической технике работы адвоката. Лена полчаса назад уехала на работу, в квартире воцарилась наконец долгожданная тишина. Она решила, что будет заниматься всю ночь – до квалификационного экзамена осталось всего восемь дней.