– Хорошо. Посидите здесь, копию с вашего паспорта сниму.
Борис Кузьмич вернулся минут двадцать спустя с новостями.
– Ребенка уже определили в палату. Поставили капельницу. Мальчик спит.
– А завтра?
– Будем делать все, – Борис Кузьмич чеканил каждое слово, – чтобы спасти ногу. Но вы должны понимать. Многочисленные осколки. Винтовой перелом. Общее истощение.
Алла почувствовала, как ее обдало жаром изнутри. Крошечный человек, который всего-навсего оказался во дворе возле дома в тот самый момент, когда там вздумалось с ветерком прокатиться сумасшедшему – в невменяемости водителя Алла не сомневалась, – может остаться теперь без ноги? На долю секунды она представила себе эту картину, и ком подступил к горлу.
– Но ведь надежда есть?
– Рано пока говорить, голубушка, – Борис Кузьмич встал, – главное, раз уж умудрились остаться здесь, помогите ему.
– Я постараюсь. – Слезы все-таки не удержались, выкатились из глаз.
– Виктория Львовна сводит вас в палату к ребенку, посмотрите, что и как.
– А потом?
– Езжайте домой, подготовьтесь. Привезите ребенку чистые вещи. Завтра утром часов в восемь желательно быть здесь. Начнем с анализов.
– Спасибо вам!
– Виктория Львовна, – позвал Борис Кузьмич, выйдя в коридор, – проводите родственницу в палату. Пусть убедится, что ребенок устроен.
– Конечно, конечно, – теперь услужливая и улыбчивая, медсестра моментально возникла перед Аллой. – Идемте!
– Спасибо…
– Так вы не его мать? – ласково поинтересовалась Виктория Львовна в лифте.
– Нет, – Алла отрицательно мотнула головой, – к сожалению.
– Тетя? – не отставала она.
– Да. Это сын моей сестры.
– Понимаю, – женщина покачала головой, – непутевая у вас сестренка. Пьет?
– С чего вы взяли?!
– Значит, колется, – заключила Виктория Львовна.
– Бред…
– Жизненный опыт! Вы бы забрали мальчишечку, пока не поздно. Погубит она его…
Алла не нашлась что ответить.
Они вышли из лифта. Стараясь не цокать каблуками, Алла держалась за медсестрой.
В палату с улицы падал свет фонаря, рисуя на стенах кошмарные тени от медицинских приспособлений, которые растягивали и поддерживали переломанные конечности травмированных детей.