Все, с самого начала. Чувствуя, как эта грудь превращается в огнедышащий вулкан. Вздымается подо мной все сильнее. Так, что под конец я начинаю раскачиваться на ней, как на качелях.
С того самого момента, как меня друзья уговорили пойти в клуб. Как узнала про ставки Кости. И до настоящего кошмара, который начался после того, как меня втолкнули в комнату администратора в баре. Ничего не утаиваю. Разве что опускаю свою дикую реакцию на него тогда, в клубе. Ну, и про свой побег, конечно, тоже предпочитаю не напоминить.
– Почему сразу не сказала?
Рявкает под конец.
– Я…
Черт!
Была же спокойна, а теперь снова всхлипываю!
Всю жизнь учусь преодолевать трудности спокойно. Ведь каждую проблему можно разрулить, верно? Любой вопрос решить! Все это закаляет нас и делает сильнее!
Но теперь. Когда разложила все по полочкам. Сказала вслух…
Черт!
Мне жалко себя до слез!
Хочется сжаться в комочек и спрятаться за этой огромной грудью! От всего мира! Только грудь эта не факт, что сама не несет в себе самой большой угрозы!
– Я боялась.
Ну да. Размечталась. Домой. Он завод за меня отдал.
А вот обратный обмен очень даже возможен!
Он наверняка к опытным привык. Зачем ему неумелая девственница?
Еще вон и неудовлеторен остался. А мужчина, когда неудовлетворенный, он диким, жутко злым становится! Костя, и то вон как сорвался! Там более, после того, как уже вошел… А пар все равно не сбросил! Вообще поражаюсь, как он так долго слушал весь мой рассказ!
– Арман?
Слишком долго он молчит.
Думает, как провернуть сделку обратно? Переиграть?
– Что теперь со мной будет?
Опять сжимаюсь. Не замечаю, как вонзаюсь ногтями в каменную грудь.
Даже срываю несколько. Вздрагиваю, замечая на его коже выступившие капельки крови.
– Ты это что?
Обхватывает мой затылок своей огромной пятерней.
– Подраться решила? Отомстить? Кровь за кровь?
Рычит. Но тут же чувствую, как запрокидывает голову.
А звучит, будто раскатистый гром громыхает. Чуть до дрожи своим хохотом стены не доводит. Хотя… Кажется, они все-таки подрагивают! Или началось землетрясение?
– Никуда ты не пойдешь, – вдруг обрывает грохочущий смех. Становится серьезным. Хмуро смотрит на меня исподлобья. – Завод будешь отрабатывать. Во всех позах. Чего не умеешь, придется учить. Так что настраивайся, кошка. Придется поучиться быть не дикой. А мягкой. Податливой.