"
"С*ка, не видел малолетку шестнадцать дней!
Кое-какой выход своим эмоциям Егор давал на ринге. Безмерная агрессия переполняла его, в нетерпеливом желании скрыть от других то, как кровоточило субтильное сердце Стального Волка. Из-за девчонки. Из-за его Сладкой Занозы.
Сильный удар Аравина, много яростней, чем должен быть на спарринге, рассек губу его партнеру Димке Прохорову. Тот одарил Егора свирепым взглядом и раздраженно утер струйку крови. Прямым ударом угодил Аравину в левую скулу.
Специально позвал сегодня именно Прохорова. Знал, что парень вспыльчивый. Впрочем, как и он сам в последнее время.
– Спокойней, парни! – негодующе закричал Натаныч у помоста ринга. – Не забывайте, пожалуйста, что вы без шлемов. Работаем на разогрев. Плавно.
Но в крови Егора уже неукротимо бродил адреналин.
Боль. Красный. Агрессия. На грани восприятия тушевались только эти ощущения.
У Аравина словно мозг отключился, и ему это понравилось. Наконец-то связь с разумом была нарушена.
– Так, стоп! – недовольно крикнул Щукин, но должной реакции боксеров не последовало.
Бой продолжался.
Аравин отбивал спарринг-партнера, словно кусок мяса перед жаркой. Не замечая, как Прохоров наносит ему ответные удары.
Мысленно хвалил Прохорова, ровно до того момента, когда тот решил отступить, прислушавшись-таки к крикам тренера. Рассерженный до предела, Аравин продолжал наступать.
Удар правой, затем сразу – левой, двойка, еще замах…
Пока Щукин, взобравшись на ринг, не схватил его за руку, грубо оттаскивая в сторону.
– Етить твою налево, что ты творишь?
Только узнавая голос старого тренера, Егор перестал сопротивляться. Отошел. Раздраженно стянул перчатки, одну за одной. Выплюнул капу и, безразлично смахивая кровавые ручейки, быстро спустился с ринга.
– Что с тобой, Егор? – закричал ему в спину Щукин.