Девчонка словно почувствовала его настрой, перебила и затараторила, давая ему возможность свыкнуться со стремительными чувствами внутри себя.
– Мы на море ездили! Это так здорово! – но голос уже не сочился той же радостью. Стася напряжена. – Не могу забыть шум прибоя, крики чаек… – в конце и вовсе какой-то отчаянный вздох.
Бл*ть, этого ему только не хватало!
– Я даже немного плавать научилась. Представляешь? – ее голос откровенно дрожал. Она плакала, но упрямо пыталась это скрыть. – Там столько рыб! – захлебывалась и в тоже время натянуто смеялась.
Аравин не видел ее лица, но эти сдерживаемые едва уловимые горькие всхлипывания, прикрытые искусственной радостью, разрывали ему душу. Сладкова будто стиснула его сердце в кулак и играла им, решая – вырвать сейчас или подождать.
Нет, он понимал, что она плачет не нарочно. И все же… Егора раздражала возможность Стаси задевать его за живое. Никто еще не пробирался ему в душу. Никогда не ощущал ничего подробного от общения с девушкой. Ни головокружительной радости, ни разрывной боли.
Опасность состояла в том, что, похоже, Стася ощущала к нему определенное влечение. Несмотря на то, что ничего хорошего от него не видела, влюбилась что ли? Подобное приходило ему в голову и раньше. Но сейчас ее откровенное огорчение после собственного признания насторожило еще больше.
– …так баба Шура сказала, – что именно она сказала, Егор прослушал, копаясь в собственных мыслях. – Еще, может, в Черногорию слетаем до конца каникул, – ее голос больше не дрожал.
Только Аравин все равно не мог принять участия в этом диалоге. Все тело замерло в напряжении. В горле встал ком. Никогда еще не ощущал себя столь никчемным.
– Как ты? – выдохнула Стася после небольшой паузы.
– Нормально, – хрипло вытолкнул из себя.
– Все будет хорошо? – с надеждой спросила она.
– Даже не сомневайся, – хотел ее хоть немного успокоить.
– Егор… – он уловил резкое прерывистое дыхание на том конце провода.
– Да? – напряженно подтолкнул он, не выдержав ее паузы.
– Егор, я так волнуюсь…
– Из-за чего? – осторожно уточнил он, не замечая, как безрассудно застыло сердце в груди, на миг отказываясь выполнять свою работу.
– Из-за боя… За тебя боюсь.
Ее тихий шепот врезался в него, словно шаровая молния в незащищенный объект. Он покачнулся, теряя твердость в ногах. В глазах потемнело.
Все внутренности перевернулись. ОНА выворачивала его наизнанку."
"– Не стоит, – выдавил сухо.