— Главное, чтобы ты успевала следить за дорогой, Насть. А так можешь еще прибавить, если хочешь.
Она удивленно вскидывает брови.
— Пожалуй, не буду, — разочарованно говорит. — Мы и так успеваем.
Спустя десять минут, когда мы срываемся по косогору вниз, она сбавляет скорость. Видимо, даже юной волчице нелегко дается концентрация в таком бешеном ритме. Мою усмешку Настя старательно игнорирует.
Через час мы приезжаем в небольшую усадьбу, чья черепичная крыша неожиданно возникает между холмами внизу. Небольшие ворота распахиваются загодя, видимо, хозяина уже предупредили о прибытии дочери барона.
И точно — на крыльце уже ждет статный господин с солдатской выправкой. Я выхожу первым и прежде, чем Настя выйдет, обхожу машину, открываю дверь со стороны водителя и подаю руку. Дочь барона жест оценивает. Приняв помощь, одаривает меня довольным взглядом.
— Ваше сиятельство, — кланяется господин Насте, когда мы подходим к ступенькам.
— Еремей, здравствуй. Это телепат Даниил Вещий. Мы пришли к Гене, снова будем пробовать спасать маму.
— Гена…ох, — задумчиво жует усы Еремей. — Дело в том, что Гена давным-давно потерял закладки, а новые я не обновлял ему, за этим раньше следила матушка. Без нее же некому, да и дорого это у посторонних, а барон больше не спонсирует меня. Видимо, посчитал ненужным, мы же с Геной больше не в дворянской гвардии.
— Закладки? — удивленно переспрашиваю.
— Гена — зверь, — быстро поясняет Настя, только прибавляя мне вопросов. Она с тревогой спрашивает хозяина усадьбы.
— Как я мог, Анастасия Павловна! — удивляется Еремей. — Это же собственность рода Горнорудовых. Я только присматриваю за ним. Но без закладок удержать зверя стало сложно. Поэтому я выстроил ему огороженный забором заповедник. Так и назвал Заповедник Гены.
— Данила, — оборачивается ко мне Настя. — Гена — это зверь, которого приручила мама. Он состоял в нашей гвардии, Еремей следил за ним, а когда ушел на пенсию, мы оставили Гену под его присмотром. В Гене кусочек сознания мамы, — она делает паузу.
— Что за вид? — спрашиваю.
— Горыныч, — уточняет Еремей.
Ох, крокодилоподобный монстр. Сильна же была мама Насти, раз смогла выдрессировать ящера.
— Пресмыкающиеся плохо поддаются дрессировке, — вздыхаю. — Я никогда сам не пробовал, это информация из справочников. Но раз смогла твоя мама, Насть, значит, это хотя бы реально. Что ж, давайте пробовать.
— Спасибо, Дань, — кивает Настя.