Дворяне, особенно мелкие, без титула, десять раз подумают, прежде чем связываться с другом графа. Так что езжай в Испанию, гуляй с Шереметьевым, пей с ним на брудершафт, девок тискай в клубах, всё это тебя защитит.
— Понял. — Степан действительно дал полезный совет. — Спасибо, па. Пойду я тогда заниматься. Думаю, моя личная сила — это броня не хуже, чем связи с графьями.
— Это верно, — отчим серьезен. — Время скрываться заканчивается, Даня. Ни в коем случае нельзя показывать свои козыри, но ты обязан демонстрировать личную мощь.
— Отличная мотивация для тренировок. — А Степан, правда, хорош. Маме повезло с мужем. А мне с батей.
* * *— Текстильные фабрики⁈ — кричит Аркадий, главный «ворон». — Сколько штук?
— Вся текстильная отрасль Горнорудовых, — понуро отвечает сын Эдуард. — Это порядком двадцати пяти фабрик, логистическая инфраструктура и больше ста оптовых баз."
"— Ты серьезно⁈ Дарить простолюдину столько добра⁈ — округляет глаза глава. — Горнорудов окончательно поехал крышей⁈
— Вполне возможно, — вздыхает наследник.
— Если Горнорудов, правда, поспешил с размером награды, то он должен убрать мальчишку, — размышляет Аркадий. — Были уже попытки? Он вообще жив?
— Живее всех живых, — тяжко отвечает Эдуард.
— Он дебил? — мрачно спрашивает глава рода. Когда Эдуард было открывает рот, добавляет: — Это риторический вопрос. Если исходить из предположения, что Горнорудов пока еще соображает, то он задумал какую-то шумную акцию.
— Я тоже думал об этом, отец. Может быть, в проекте Горнорудовых расширение калана? А в Вещем они увидели подходящего самородка для экстенсивного роста баронского клана?
— Возможно — да, а возможно — нет, — отмахивается главный «ворон».
— Прости, отец, — плотно сжимает челюсти Эдуард.
— Тебе оправдывает только то, что такой исход сложно было предвидеть. Горнорудов либо хитрый лис, либо беспечный глупец.