Замок синих драконов. Рев отца над головой и его эффектное появление в выделенных покоях. Как он едко смеется и злобно скалится, насмехаясь над беспомощностью моей матери. Как он грубо выхватывает меня и отпихивает матушку, а она кричит. горько плачет.
- Сынок? Сыночка? Боги, скажи хоть слово! Хоть что-нибудь! - звала меня Витария, обтирая влажным полотенцем мое лицо.
Боль отступила, приоткрывая мне завесу того, что было со мной по -настоящему. И от увиденного в моём сердце поселилась ненависть. Ненависть к тому, кого я всю свою жизнь считал любящим отцом.
- Мама... - выдохнул я взволнованно, приоткрывая глаза, - прости меня за все... пожалуйста...
- Мальчик мой, - заплакала Витария, прижимаясь к моей груди, - ты живой. Живой.
Чуть сместил взгляд в сторону, так и продолжая ""прохлаждаться"" на полу, и заметил побледневшего Салтана, держащего кувшин с водой.
- Живее всех живых, - заверил я, прижимая родного человека к себе. - Я был не прав. не верил тебе.
- Ты просто не знал, - счастливо улыбнулась дракайна.
- Не знал. - подтвердил я, - зато теперь знаю! Всё знаю! Ко мне вернулась память!
Спустя несколько минут, когда матушка чуть успокоилась, а мне все же удалось подняться, в двери покоев постучали.
- Они скорее всего услышали мои крики, - забеспокоилась Витария.
- Нет, на стенах заклинание не позволяющее слышать звуки в моих покоях, так что это не из-за тебя.
На секунду прислушался к своей интуиции, которая словно взбунтовалась, требуя как можно скорее распахнуть дверь.
На ватных ногах пошел вперед и только приоткрыл дверное полотно, как в комнату тут же влетела взволнованная и одновременно яростная Тамина.
Любимая моментально встала передо мной, смотря на матушку и вскидывая руку с боевым пульсаром в ее сторону.
- Э-эм, сынок? - опасливо сделала Витария шаг назад. - Это. кто?"
"- А это, мама, - улыбнулся я, прикрывая дверь покоев, - с сегодняшнего дня моя супруга и твоя невестка. Знакомься, Тамина.
25. Предчувствие беды
Тамина
После ухода Дастана в личине своего стража, я немного загрустила.
Сняла платье для брачной церемонии, создавая на себе простенькое, без всяких вычурностей одеяние.