Я нарисую тебя (СИ)

Я проследила за его взглядом и быстро прикрыла рукой свою грудь в предательски мокрой сорочке. Граф с удовольствием разглядывал мои прелести, особенно торчащую грудь с жесткими горошинами сосков. – Извращенец! – вспыхнула я, прыгнула в кровать, накрываясь шкурой почти по самые брови. Сорочка была мокрая и холодная, мне хотелось ее снять, но не было запасной, да и при Лайоне я это делать не собиралась."

"Граф, посмеиваясь, быстро домылся сам, вылез из ванны, намотав на узкие бедра белое полотно, подошел к кровати, потянул на себя шкуру.

Я вцепилась в мех изо всех сил, не отпуская. Какое-то время мы тянули его каждый на себя, но Лайон внезапно отпустил, прошел к сундуку и, покопавшись в нем, швырнул мне чистую рубашку.

– Переоденься! – коротко приказал. – Я не собираюсь спать в мокрой постели.

– А я не собираюсь спать в одной постели с тобой! – пропыхтела я, извиваясь под толстым мехом, снимая мокрую сорочку и одновременно пытаясь надеть сухую. Но Лайон не смотрел на меня, не спеша, наливая в чашу красное вино.

Я воспользовалась моментом, быстренько подскочила к камину, чтобы развесить у огня мокрую одежду. Граф наблюдал за моими судорожными действиями, прищурив глаза и отпивая из чаши. Гордо подняв голову, я прошла перед его носом, но не успела снова забраться на кровать, как меня поймала властная рука, прижала к горячему обнаженному телу.

Губы его коснулись шеи и тут же спустились к груди, поймав сквозь ткань мой моментально затвердевший сосок. По моему телу предательски пробежали маленькие молнии, оно выгнулось дугой, невольно прижимаясь к мужскому телу.

Низ живота свело в сладкой судороге от прикосновения к каменному члену, и с губ сорвался невольный стон. Лайон отвлекся от игры с моей грудью, и впился в мой рот, проникая в него языком. Мои ноги моментально стали ватными, голова закружилась, и я невольно ответила на поцелуй. Подняла руки и зарываясь пальцами в еще влажные завитки на шее. Его губы требовательно подчиняли себе. Язык соприкоснулся с моим, отдавая вкус терпкого вина.

Наши стоны, наверное, были слышны во всем замке. Руки Лайона сжали мои ягодицы, притягивая с силой меня к себе, заставляя тереться о свои бедра в каком-то жадном безумии. Граф легко приподнял меня и, не прекращая поцелуй, завел мои ноги себе на бедра, почти насадив меня на свой член. Ткань моей рубашки задралась, обнажая бедра, я чувствовала, как двигается Лайон, трется между моих ног, касаясь чувствительной точки.