И не думать больше… Никогда и ни за что не думать, что а вдруг…
— Ань…
Услышав отклик от двери, девушка дернулась. Встала резко, обернулась, зажмурилась на миг, слыша, что телефон падает к ногам, коробочка захлопывается, остается за спиной, а она смотрит на Корнея, вымучивая улыбку…
По щеке катится новая слеза, она достает из-за спины руку, проводит…
— Я просто… — Аня знает: должна что-то сказать, но понятия не имеет, что можно. Просто смотрит секунду, улыбается, снова поднимает взгляд, хлопает ресницами.
Ну и зачем полезла? Ну вот кто просил-то?
— Ты что делаешь? — Корней спросил, приближаясь. Присел на корточки у ее ног, поднял свой телефон, бросил на кровать, прошелся взглядом по открытой и частично выпотрошенной тумбе, поднялся…
Смотря уже Ане в лицо. Серьезно. Внимательно. Пристально. Слегка прищурившись.
Так, что ей кажется — стало еще больней. Стало хуже.
— Что в руке? — Корней спросил, кивая на ту, которая за спиной.
Аня со звериной силой впилась в текстурную коробку, рискуя ее согнуть…
По нему было видно, что он не отстанет. Видно, что ждет ответа. Ане же…
Ответить нечего. Она жмурится, слезы, успевшие снова набежать на глаза, выталкивает на кончики ресниц. Они уже не скатываются — просто грузными каплями слетают вниз. Одна за другой.
— Руку достань.
И Аня, наверное, была бы сейчас благодарна, чтобы Корней не стал настаивать, сам все понял, оставил ее наедине с собой.
— Я не специально. Я не хотела рыться. Просто… Я подумала, что ты шнур дернул… Что в шнуре проблема… Я хотела шнур… — Аня говорила, продолжая жмуриться и сжимать коробочку за спиной. Смотреть было страшно. Достать тоже. — Прости меня, пожалуйста. Прости. — Но главное — было очень-очень больно. Так же, как когда-то.
— Достань ты руку, Ань…
Очень хотелось милосердия, но за собственную глупость, как известно, нужно платить.
Осознавая, что сама Аня это не сделает. Корней потянулся. Охватил ее кисть, почувствовал дрожь…
Девушка распахнула глаза, посмотрела в его.
— Прости меня. Давай просто на место положим. Пожалуйста. Я… Я не специально, правда… — говорила, желая больше жизни, чтобы он согласился. Чтобы просто сделали вид… — Я знаю, что… Пожалуйста… Я знаю, что ты не хочешь больше. Ты прав. Я… Меня нельзя такую замуж звать.