— Но кудрявых, да? Обязательно… — улыбнулась, когда Корней снова оказался близко-близко, потянул на себя, придержав за бедра, практически впечатывая промежностью в горячий даже через ткань штанов пах, прихватил своими губами ее нижнюю губу, чуть потянул, отпустил… — Это мой заказ… И глаза чтоб такие же. Можно? Рыдать будете компанией… А я буду думать… Господи… Какое счастье-то… Только как тут громкость убавить?
Аня не сдержалась — рассмеялась прямо в губы. Осознала это… Закрыла глаза, почувствовала, как по душе половником же разливается уже исцеляющее тепло.
— Я очень тебя люблю… — Аня шепнула, распахивая глаза, ныряя тут же в карие, смотрящие ласково.
— И я тебя, Ань. Очень сильно. Не пугай так больше. Мы все сможем, если вместе. Не обязательно верить во все чудеса, но в нас-то верь. Пожалуйста.
* * *Чуть позже Аня с Корнеем все же позавтракали.
Аня мысленно хвалила себя, что заказала разом много. Корней смёл все подчистую, даже в пакет заглядывал. А то мало ли, вдруг осталось что… Да и сама она… Впервые за долгое-долгое время ела с откровенной жадностью. Зверской. До последней крошки.
После позвонила бабушке. Корней сидел рядом и слушал, как Аня потихоньку разговаривается. В какой-то момент, когда девушка стрельнула просящим взглядом, ушел в спальню, поняв, что и наедине она тоже хочет.
— Самарский сказал, что у тебя отпуск. Он и мне предлагал… Не рубить сплеча, отдохнуть просто. Но я отказалась.
— Не волнуйся. Передумаешь за выходные — вернешься, никто не выгонит. Но я хотел бы, чтобы ты отдохнула. Ты себя загнала совсем. И я тебя загнал."
"— Давай потом об этом поговорим, хорошо? Я просто думаю, что раз ты в отпуске… То никуда не надо, получается? Мы просто можем… Отдыхать?
— Да.
— Да, я хорошо себя чувствую. Но тебе надо отдыхать, а не за руль садиться. Поэтому не хочу. Мы же не спешим никуда. Все успеем. А сейчас давай полежим просто.