Вид у Тиграна закрытый и какой-то колючий, но раз не уходит, значит хочет обсудить, нет?
-Это вы из-за этого вчера ругались? - аккуратно прощупываю почву.
-Из-за этого. Рамиль хочет взять академический отпуск на год и попробовать серьёзно уже музыкой заняться, - он опять трёт переносицу, жмурясь,- Просил меня подумать до сегодня. Вот, думаю...
-И что думаешь?
-Что этот упёртый баран всё равно по-своему сделает, вот что думаю,- невесело хмыкает Тигран,- мне в его возрасте и в голову бы не пришло отцу перечить.
Выдыхает дым, смотря мимо меня.
-Тачки, сучки... офигеть. У него ещё и прав то нет. Тачки...И пусть мне сначала справку из нарколожки принесет и на СПИД сдаст, сучки ему...Писюн газированный...
Губы невольно расползаются в улыбке от его возмущенного бурчания. Тигран метает в мою сторону разъяренный взгляд. И я с трудом нацепляю на лицо скорбную маску.
-И что будет, если у него получится через год?
Керефов щурится, выкидывает окурок в окно и тянется за ещё одной сигаретой.
- Сказал – всё равно закончит. Переведётся на заочное,- быстро прикуривает вторую.
-А если не получится?
- Поклялся, что покается, вернется на дневное и больше никогда со мной спорить не будет,- фыркает Тигран.
-Ну так что ты теряешь? - я развожу руками,- Пусть пробует, нет? Получится- получишь сына- успешного певца, не получится- послушного студента.
-Послушного студента,- Тигран даже смеяться начинает, только как-то совсем невесело, - Да он в Связной пойдёт работать продавцом, но обратно не приползёт уже.
Керефов выкидывает догорающий окурок и ложится рядом на кровать, устремляя задумчивый взгляд в потолок.
- Только отдалить и могу от себя, поругавшись. А Рамиль всё равно по- своему сделает. Не этого, конечно, я для него хотел. Что это за занятие для мужчины? Баловство какое-то. Не понять мне.
Тянет меня за плечо, укладывая себе на грудь, пропускает между пальцами распущенные пряди.
- Значит разрешишь ему? - спрашиваю, прислушиваясь к мерным ударам сердца в мужской груди.
- Похоже,- тянет Тигран, и я по голосу чувствую, что он успокаивается. Словно выплеснул все свои сомнения, обличив их в слова, и теперь принял неизбежное, - Пусть свои шишки набивает. Его жизнь. Мне за него не прожить, как бы не хотелось. Иди лучше сюда, Татлим. Я свою проживу.