Где он повернул не туда? Почему его сын вырос таким размазней⁈ И как Михаил вырост таким…
В глубине души, он хотел именно такого сына, а не то, что сейчас было.
Дмитрий Романович посмотрел на разбитый камень.
— Может потому, что у тебя не было примера? — пробормотал он и пошел на выход.
* * *Лазурный особняк.
Под Екатеринбургом.
— Я сделал все, как ты и просил! — сказал Николай.
— Замечательно.
У меня не было желания находиться в одной комнате с таким отбросом. И что-то мне подсказывало, что если я еще немного задержусь, то может случиться непоправимое.
Любавка только что зашла в дом вместе со Светой. Они о чем-то болтали, посмеиваясь. Выглядело это, как будто две подружки гуляли по магазинам. Вот только обе были в крови.
— Машу похитили, — сообщил я. — Любавка, охраняй Баскакова. Пусть сидит в комнате до приезда отца.
— Это Карамурзин? — взволновано спросила Света.
— Да, это он.
— И что мы будем делать?
Я достал телефон.
— Знаешь такую поговорку, на войне все средства хороши? — спросил я.
— Да, но…
— Я просто хочу сохранить ей жизнь. Хоть на несколько процентов, но это лучше чем ничего.
А план был прост. В сложных тонкостях ведения родовых войн были пункты, под которыми значилось, что членов рода, относящихся к государственному аппарату, трогать нельзя.
— Надя, это я, — сказал я, когда моя помощница подняла трубку.
— Да, Миша, что такое?
— Прямо сейчас звони во все СМИ и радио, и говори, что князь Карамурзин похитил Марию Кутузову-Кузнецову для обеспечения более выигрышной позиции в родовой войне.
— Поняла. Что-то еще?
— Нет, это все.
Я отключил связь и мы со Светой сели на диван на первом этаже.
— И что, мы будем просто ждать? — удивилась она.
— Да, других вариантов нет.
Я старался не показывать Свете своего беспокойства, так что говорил с ней мягко и спокойно.
* * *Поместье рода Есениных.
Сергей Александрович распустил всю прислугу. Сегодня будет сложная ночь. Как в моральном плане, так и в физическом.
Надо проникнуть в дом Кузнецова ночью.
Он заранее позвонил Антону и предупредил, что сегодня у него важная встреча и ему не стоит ехать домой. Тот не стал спорить и сказал, что останется в институте.
И сейчас, сидя в большом зале, князь смотрел на часы. Секунды тикали слишком медленно.
Дождавшись двух часов ночи, князь встал, поднялся в кабинет, достал из сейфа зелье и убрал в карман.
На столе он увидел фотографию своей семьи. Вот он с супругой.