– Заходите еще, фьорда Берлисенсис, – довольно сказал он, когда я расписалась в получении мантии. – Было приятно с вами познакомиться.
Я улыбнулась ему еще раз в надежде, что когда-нибудь в будущем эта сегодняшняя улыбка поможет мне достичь желаемого, и набросила на себя мантию. Вид в зеркале меня не порадовал. Я поняла, почему у магичек на портретах были такие кислые лица. Попробуй заинтересовать кого-нибудь в подобной одежде, здесь и те поклонники, что были, разбегутся. Как вообще в такой хламиде можно привлечь внимание лиц противоположного пола? Как в таких нечеловеческих условиях прикажете мужа искать?
– Не расстраивайтесь, Лисандра, – сказал Серен.
Я приободрилась. Ведь если остальные девушки вынуждены носить такое же убожество, то шансы мои никуда не делись – при мне все так же оставались мои замечательные волосы, мое прекрасное лицо и моя отработанная многолетними тренировками улыбка, которую я тут же послала огневику.
– У вас же денег нет, – вспомнил Серен. – Давайте я займу вам на первое время.
Как ни заманчиво было его предложение, но я вынуждена была отказаться. Приличные девушки не берут денег у мужчин, это в меня бабушка твердо вбила, тем более что отдавать их мне было нечем. Вот подарки – совсем другое дело, подарки правила хорошего тона принимать не запрещали. Их потом, если что, и продать можно.
Но спутник мне достался ужасно толстокожий и намеки мои проигнорировал полностью. Да, правильно намекать, видно, я так и не научилась. Правда, мне показалось, что до Серена смысл моих слов иной раз доходил с большим трудом, особенно после того, как я сняла мантию и мое декольте опять оказалось в зоне его видимости. Глаза его временами теряли осмысленное выражение, и я уже начала опасаться, что мы сможем дойти до общежития. Он пару раз споткнулся, потом встряхнул головой и поднял свой взгляд повыше, где сразу же встретил мою улыбку.
– Лисандра, на территории академии студенты должны ходить в мантиях, – твердо заявил он. – А то это так отвлекает.
– Все время? – с ужасом спросила я. – Я все время должна носить этот кошмар?
– В своей комнате вы можете одеваться как угодно, – ответил он мне."
"Набросить мантию не составило никакого труда, но настроение она мне испортила совершенно.