Я никогда тебе не покорюсь (СИ)

До сих пор в моих ушах стоит плач новорожденного сына, которого отняли у меня навсегда."

"- Фиона… буду называть тебя пока что так… Так ты действительно жила все эти годы в заброшенном дворце королевы Луизы? Но как же так? Тебя никто и никогда не видел.

- Я стала пленницей на целых двадцать лет, отчаянно мечтая, что настанет день, и Павил явится за мной, спасет из лап развратника и отомстит за мой позор. Король Таргасы… был ублюдком, и всякий раз, когда мой муж терпел очередную неудачу в поисках, с большим удовольствием рассказывал мне об этом и снова насиловал, терзая не только тело, но и душу.

Потом он потерял мужскую силу и стал совсем невыносим. Мне стыдно говорить тебе о тех ужасных вещах, которые король делал со мной, поэтому тот день, когда он приказал перевести меня в артиллерийские склады, я посчитала за освобождение, призывая смерть избавить меня от постыдного существования. Но незадолго до ужасного взрыва, разнесшего арсенал вдребезги, меня вывел наружу один человек, имени которого я так и не узнала.

- Но почему вы не пришли к Павилу, госпожа, когда война закончилась?

- Сет, я давно не госпожа, - печально улыбнулась княжна Сильвия, - прошу тебя, не надо величать меня. А почему я не пришла с супругу? Это еще сложнее объяснить. Когда-то Вил был Богом для меня, а я - его возлюбленной женой. Однако мы с ним не были равны, особенно в начале наших отношений. Всесильный генерал и купленная им рабыня, пусть и любимая, осыпанная драгоценностями - довольно странная пара, и я прекрасно понимала это, каждый день ожидая, что его страсть пройдет и он меня оставит.

Разговаривать по-настоящему откровенно мы начали гораздо позже, тогда-то он и увидел во мне не только красивую оболочку, но и внутреннее содержание. А я? Я была очарована им, восхищена его мужеством, я полюбила и не представляла без него своей жизни. Но с той поры прошло немало лет и, побыв в руках развратного старика, я уже не знала путей возвращения назад. Когда он стал наместником Таргасы, я иногда видела его на городской площади, и каждый раз рядом с ним была ослепительной красоты женщина, смотревшая на него с обожанием и восторгом. Тогда я не знала еще, кто она, принимая за новую жену, поэтому и предпочла не открывать того, что я жива.

- Вы все еще любите его, Фиона?

- Я всегда буду любить его, Сет, - со вздохом призналась она, - и всегда буду тосковать о нем. Но мы стали совсем чужими, и я не знаю, как себя вести, если нам будет суждено встретиться.