- Сейчас нам нужен мир, поэтому я сам хотел, чтоб ты пошел со мной, но не решился предложить, зная, что ты нуждаешься в лечении. Давай все сразу проясним. Я для тебя не командир, мы равноправные союзники, возможно для тебя так будет проще…
- Кровавый генерал стал миротворцем? - не удержался от усмешки я. - Но ты же должен понимать, что это невозможно? Наш мир погряз в войне, его так просто не изменишь.
- Да, это будет очень сложно. Но допустить, чтобы мой сын прошел тот же кровавый путь, что и его отец, я тоже не могу.
- Ты с ним нашел общий язык?
- Ну… не совсем еще. Я вынудил его к союзу, но в любой момент мы можем снова стать заклятыми врагами.
- Мне жаль, - довольно странно, но я в самом деле испытывал к нему что-то вроде сочувствия. - А что твоя… жена? Доволен, что она нашлась?
Зачем я это у него спросил, и сам не знал. Павил немного помолчал, потом поморщился, словно от боли.
- Она… уехала с войсками в Цахир. Я отпустил ее, хоть и с тяжелым сердцем. Ты удивлен? Я сам, признаться, тоже.
Он повернулся и ушел, а я почувствовал неловкость. Что-то случилось между ним и Сильвией, и боль его еще была сильна, а я неосторожно влез с бестактными вопросами и растревожил рану. Все так запуталось, и мои собственные чувства тоже.
***
Цахир бурлил, в столице третий день не утихали стычки. Верные прежней власти полки упорно не сдавали своих позиций, удерживая в своих руках резиденцию губернатора и примыкавшие к ней несколько улиц, и это безмерно злило герцога, жаждущего как можно быстрее провозгласить себя королем. Положение осложнялось еще и тем, что народ разделился, и было очень сложно определить, где свои, где чужие.
- Но, Ваша Милость, как же так, ведь это же резня? - неуверенно возразил один из командиров.
- Ты тоже недоволен, трус? - взревел узурпатор, выхватывая из ножен меч.