В кухню залетела шальная пуля, но никого не задела.
— Ну-ка спрятались! — приказал я.
Вся троица открыла металлическую дверь и скрылась в какой-то комнате, где висели колбасы и половина туши. А всё, что на кухне, продолжало запекаться, кипеть и шипеть.
Дверь напротив распахнулась. Бандит в чёрном пальто и шляпе начал палить из автомата, держа его у бедра. Стало ещё жарче.
Обошли. Но это мы исправим.
Я всадил в него и того, кто стоял рядом, по две пули. Ещё две досталось третьему, но один раз я промазал, бандит выжил.
Я, пригибаясь и прячась за столами, начал обходить с другой стороны. Пока их четверо, один с дробовиком, двое с автоматами, и раненый, держащийся за живот, из которого бежала кровь. Один заметил меня и начал целиться.
Я схватил с плитки кипящую кастрюльку и швырнул в него. Крутой кипяток обдал одного человека, а кастрюля со звоном ударилась другому в голову. На пол посыпались недоваренные яйца.
Обожжённый завизжал от боли. Я кинулся под стол, быстро пролез и выскочил с другой стороны.
Бандит с дробовиком выпучил глаза, но я вскочил на ноги, сразу призывая Карнифекс.
Красное лезвие секиры вспороло бандиту брюхо. А я сразу, чтобы не терять замах, рубанул второго. Ранее подстреленный нацелил на меня револьвер. Я пинком отправил бандита на горящую плиту и одним ударом прикончил того, кого облил кипятком.
Пока всё. Я выпустил Карнифекс, чтобы никто лишний его не увидел. Топор исчез, но далеко он не ушёл. Пусть подождёт.
Бандит с рёвом упал с плиты на пол и начал кататься, пытаясь потушить огонь на спине и заднице. Я схватил тяжёлый железный чайник и опустил ему на голову изо всех сил.
Так, минус четыре. Но на улице бой ещё продолжался. Где-то выли сирены. Это, похоже, городской Дозор, но вряд ли они вмешаются в разборку банд. Они прибудут поздно, чтобы собрать трупы.
— Уже всё? — спросил Руссо за моей спиной. — Быстро ты.
— Иду дальше, — сказал я.
— А чем ты их разрубил? — он показал на одно из тел.
— Этим, — я показал на мясницкий тесак, воткнутый в доску.
У одного из трупов выпирало что-то круглое в кармане плаща. Граната, пойдёт. Я убрал её к себе.
— Ещё идут! — крикнул Руссо, показывая на дверь.
Я подхватил автомат с пола и выпустил в проход целую очередь не целясь. Оружие дёргалось от отдачи так, что у меня едва не клацали зубы. От деревянной колоды двери летели щепки."
"Раздался щелчок, патроны кончились. Того, кто войдёт первым, прикончу прикладом.