Ну!
И поскольку она не слушается, то второй рукой я сжимаю ее волосы и дёргаю назад.
Лика охает и немного испуганно смотрит на меня. И этот страх в ее глазах сносит башку мне. Я опять впиваюсь в ее губы, вжимая голову в кровать. Толкаю язык в нее и трахаю ее рот.
Одной рукой так и держу ее за волосы, лишая возможности пошевелить головой. Заставляя слушаться и подчиняться.
А второй рукой уже вовсю ласкаю ее между ног. Рычу ей в губы, ощущая, как тонут мои пальцы в смазке.
Обведя пальцем нежные складочки, просовываю палец в уже готовую дырочку.
Куда не тронь, вспыхивает как спичка. Таких ещё не было у меня.
Член упирается ей в бедро сбоку и я вожу им вверх-вниз.
Пока ещё рано. В этот раз я хочу, чтобы она просила меня. Сама просила. Кричала о пощаде.
Чуть сгибаю палец и, кажется, нащупываю то, отчего Лика вздрагивает и больнее сжимает мои волосы.
Вынимаю палец и просовываю уже два пальца. Сразу же сгибаю их и слышу глухой стон себе в рот.
Отпускаю рот Лики и приподнимаюсь. Наблюдаю за ней, касаясь пальцами бархатной точки. Надавливаю чуть сильнее и Лика выгибается. Широко раскрывает рот. Зажмуривается. Отпускает мои волосы и впивается ногтями в плечи.
Хочет прижаться, но я, наоборот, отстраняюсь.
Дав ей небольшую передышку, начинаю водить пальцами туда-сюда в ней. Все быстрее и быстрее. Я натираю самую чувствительную точку, которую нащупал почти сразу же. И это тоже маленькая победа. Почему-то уверен, что никто не трогал ее там.
Лика стонет, жадно глотая воздух ртом, а потом прикусывает губу и, нахмурив бровки, смотрит на меня.
– Тимур… – наконец, произносит мое имя так, что яйца сводит.
Я беру одну ее руку со своего плеча и кладу ее на член.
Чувствую, как ее ладонь сама уже обхватывает член и убираю свою руку.
– Хочешь еще? – спрашиваю, вынимая из нее пальцы под ее разочарованный вздох.
Но Лика молчит. Упертая какая.
Просовывает руку себе между ног и сводит их. Но молчит.
Продолжает водить по моему члену. Но молчит!
Скольжу взглядом вниз и наблюдаю, как она гладит себе между ног. Остыть после такого нереально.