Я – страж пламени!

А в моем случае, с учетом аномально высокого дара, даже пифия не даст ответа. Одним словом, эскулап лишь заверил, что скоро. Но когда это «скоро» — не уточнил.

— Ясно, — протянул Мор с видом адепта, который страдает то от избытка дел, то от их недостатка, то просто ерундой. Одним словом — великого мученика.

— У тебя такой вид, словно Ники только что испортила тебе целый список подарков, как то: цветы и серенады под луной или кулон, который ты готовился ей всучить, — поддел Дэн Мора.

И судя по тому, как приятель закашлялся, Стилл с точностью до запятой угадал планы этого ушлого интригана Толье.

Дэн на это ничего не сказал, но его хмурый взгляд без слов давал понять: «Приятель, даже не думай». Я же, не став дожидаться, пока эти двое от гляделок перейдут к махалкам, решила использовать дармовую рабсилу в своих интересах. И, резко меняя тему разговора, спросила:

— А какие у вас планы на вечер?

Мор оживился и тут же заверил, что он абсолютно свободен и к моим услугам. Дэн, знавший меня лучше, сразу догадался:

— Оранжерея?

Мне оставалось лишь кивнуть, после чего страж радостно возвестил сникшему Мору, что услуг наследника великого канцлера ждут компостные кучи.

С намеком так произнес, в духе: не желает ли аристократ отказаться от такого свиданьица. Но Мор стойко заверил, что раз наследник династии Стилл будет гнуть спину в оранжерее, то и ему, отпрыску славного рода, не следует отставать.

В итоге больше всего выиграл господин Штопс, который вместо одной немощной адептки в отработку получил сразу три пары рук.

И по этому поводу отрядил нашу троицу не абы куда, а полить злотые крылатки — так назывались магические очень редкие и крайне прихотливые цветы, чьим основным достоинством было то, что чашечка с венчиком могли отделяться от стебелька и порхать в воздухе мотыльками, при этом мелодично позванивая и тем услаждая взор и слух. Сейчас все, кроме одного растения, были еще зелеными. Но пройдет неделя и…

— Такие есть только у нас — в оранжерее академии и в главном ботаническом саду! — с гордостью возвестил Штопс, указывая на свою делянку.

 — У меня все они наперечет. Ровно дюжина! Полейте их как следует. Они очень уж воду любят. Под каждое — по пять ведер. И после — свободны."

"И как раз в процессе, когда мы заканчивали «соображать на троих» грядку злотых крылаток, у меня в кармане затрезвонил магофон. Слышать меня жаждала Силь. На заднем фоне ей аккомпанировала Пуся жуткими завываниями.