А мне была нужна эта приличная сумма, иначе на ипотеку не накопить.
И как я буду потом оправдываться, почему не ухожу от Шульца и продолжаю горбатиться в офисе? Ох…
Хотя и не это наша самая большая с Сашкой проблема. Мы с ним оба, увлечённые своими планами, забыли о планах родителей. Планах на внуков…
И что я буду говорить спустя год? Два? Три?.. Что?!
В общем, к тому моменту, когда Сашка засобирался домой, меня уже вовсю прошибал холодный пот. И Лебедев это почувствовал.
— Я, пожалуй, украду у вас Стаську, — заявил он совершенно внаглую моим родителям, — я на машине сегодня, покатаю её по ночной Москве, развею предсвадебный мандраж.
Я обречённо кивнула. Понятно, Сашка хочет узнать, что со мной творится. И пусть узнаёт. Успокоить меня сейчас всё равно только он один и может…
Родители даже возражать не пытались. А вот Ленка вдруг брякнула, когда мы уже почти вышли на лестничную площадку:
— Саш, а что ты нашёл в Стасе?
И прозвучало у неё это почему-то совсем не обидно.
И Лебедев ответил легко, совершенно не задумавшись:
— Родственную душу.
Взял меня за руку и вывел из квартиры.
— Ну, и что с тобой такое? — спросил Сашка, когда мы уже сели в машину. На заднее сиденье. Видимо, так Лебедеву было удобнее разговаривать.
Вечер начинал переходить в ночь, горели фонари, и на улице было приятно, свежо. Совсем не хотелось возвращаться обратно в квартиру… Особенно к Ленке.
— Я кое-что вспомнила, Саш.
— Что? — спросил друг, взял меня за руку и начал поглаживать ладонь.
Приятно…
— Про беременность.
Сашкин взгляд стал очень удивлённым.
— Про какую такую беременность?
— Обычную. Которую от нас с тобой ждут.
Он фыркнул.
— Ну, от меня вряд ли дождутся. У меня органов таких нет, которые беременеют.
— Саш! Я серьёзно.
— А я, что ли, нет? — возмутился он, и добился своего: я рассмеялась.
— Чего? — переспросила я глупо, пытаясь удержаться в сознании. Приятно-то как!
— Насладиться друг другом, — продолжил Сашка тихим и проникновенным голосом.