— а у меня все выкручивает от отвращения к этой наглой идиотке!
Но я не могу ничего сделать! И это меня начинает напрягать все сильнее. Мой контроль начинает трещать по швам, что нельзя допустить. Я все выдержу! Как мне говорил Матвей: «Возьми свои яйца в руку и выдержи все, что хочет от тебя отец! Не смей подводить девчонку под монастырь, понял? Она не заслужила такого! А мы, что-нибудь придумаем!»
Настя отлипает от меня и повернувшись ко мне спиной, говорит:
— Надень мне, пожалуйста. — она протягивает мне коробку, а там лежит подвеска из сердечек и россыпи бриллиантов на золотой цепочке.
К нам подходят ее родители и мои. Отец смотрит напряженно: ждет что я что-то выкину, но я не дебил, чтобы так подставляться. Мать вообще как статую сейчас, вроде при параде, но напряжена так, что на висках у нее можно заметить крупинки пота. Мне это не нравится, все что я могу сейчас, это улыбаться всем стоящим рядом.
Родители Насти, наоборот, довольны и начинают нас поздравлять:
— Поздравляю тебя, Максим, с наступившим. — говорит мне Андрей Витальевич, пожимая руку. — Отличный подарок ты выбрал для нашей девочки. — переводит взгляд на сверкающую как елка Настю и улыбается ей."
"— Я присоединяюсь к поздравлениям. — протягивает мне руку Галина Романовна, а меня опять передергивает, потому что нужно целовать этой старой стерве руку. — Какая красота доченька! — начинает восхищаться мать Насти и отпустив руку Андрея Витальевича, подходит к дочери, чтобы ближе рассмотреть подарок.
Отец только кивает мне, а мама подходит и поцеловав в щеку шепчет:
— Спасибо сынок. — столько горечи и сожаления слышно в ее слова, что опять становиться противно от всего происходящего.
Но выхода нет, я начинаю следовать указаниям отца: прохожу с Настей между рядами гостей и дежурными фразами поздравляю собеседников, желая банальной хрени. Телом я нахожусь здесь, но моя душа там, рядом с моей Колючкой.
Спустя два часа, гости начинают разъезжаться и отец зовет меня к себе в кабинет. Я провожаю Настю к их машине и дав ей поцеловать себя в щеку ухожу в дом.