— Только он сам. Я говорю правду, — заверила, зажмуривая глаза.
— Я не верю. В твоих интересах, чтобы Балаам не вернулся, ведь он — не я. Он не простит, — юная волчица последовала на запах трав и книжной пыли. — Мне нужна информация об обряде. Дай мне ее, — остановилась у письменного стола, рядом с которым возвышались стопки разномастных книг. — Или я заберу тебя с собой.
Стыд? Нет, никакого стыда за угрозы Ксюша не испытывала. Только жажду воссоединиться со своей судьбой.
— Не нужно! — воскликнула ведьма. — Вот, — она прытко выбежала из кухни и бросилась к стеллажу, сдвинула первый ряд книг.
— Все? — уточнила волчица, принимая ветхую книгу из щупалец одного из духов.
— Да, — заверила ворожея. — Клянусь
— Я тебе верю, — девушка кивнула. — Ты меня не обманываешь, — бросила через плечо, принимая руку призванного слуги и исчезая.
Первое, что произнесла юная волчица, вернувшись домой, была короткая фраза:
— Ведьма не должна сбежать, бесик.
— Могли и не говорить, — слуга позволил себе скупую улыбку на уродливых губах.
И девушка погрузилась в изучение древнего рукописного фолианта. Она бережно переворачивала страницы, спрашивая у того, кто в этот момент был рядом с ней дословный перевод каждого предложения. Записывала в тетрадь и часами переставляла и складывала слова во фразы."
"Спустя несколько дней перед ней лежали десятки листов, исписанных размашистым почерком. Заметки не только из той книги, что она забрала у Марии, но и из десятка других, в которых изучала основы и тонкости призыва.
— Я устала, — честно призналась юная волчица, когда кухарка принесла ей поздний ужин. — Я ничего не могу, — отказалась от еды. Закрыв лицо руками, тихо заплакала. Беспомощная, бесполезная и преданная своими близкими — как ей, маленькой волчице в чужом мире, помочь Балааму?
— О-о-о, вы сделали даже больше, чем могли, — заверила Эира, гладя девушку по дрожащим плечам.
Ксюша не противилась, поднялась вслед за демоницей и опершись на ее локоть покорно дошла до спальни, села на кровать, позволила себя раздеть.