— Прощай, крошка с откидным верхом, — до боли прикусила нижнюю губу, прислушиваясь к чужому дыханию. — Ну, вернись, пожалуйста», — умоляла.
— Алло. Да, я слушаю. Нет, не продаю, — ответил Борис Семенович. Боковым зрением Ксюша уловила движение у стены: словно прошмыгнула большущая крыса. — Заблокировать, — брюзжал мужчина, яростно стуча по кнопкам. — Что за чертовщина? — воскликнул. — Что происходит?! — снова воскликнул, спеша в лаборантскую, где, казалось, кто-то колотил сервиз как минимум на двенадцать персон.
Не раздумывая, Ксюша выпрыгнула из-за стола, словно черт из табакерки.
Звон стекла отлично маскировал ее действия.
Но звон стих — мошенница, затаив дыхание, вскинула голову.
“Теперь мне точно конец…”.
— Добрый день, — услышала незнакомый мужской голос. Глубокий, с легкой хрипотцой.
— Как вы сюда попали? — взвизгнул Пучков.
“А действительно, как владелец шикарного голоса вошел? Никто не мог пройти мимо меня незамеченным, — юная волчица задумчиво хмурила бровки.
— Вошел, — ответил голос. Вроде бы сказано одно слова, но тон, с которым оно было произнесено, делал невозможными дальнейшие расспросы, а шариковая ручка в руках девушки застыла в воздухе.
Пучков хмыкнул, нервно откашлялся:
— Так что вам нужно? Не тяните время, не видите, у меня возникли проблемы с колбами. Какой-то идиот плохо прикрутил полку.
— Я не отниму у вас много времени.
Ксюша вновь отвлеклась от листов с вопросами: владелец голоса полностью завладел ее вниманием. Он манил ее подойти, взглянуть на того, кто скрыт тонкой стеной.
— Так что вы хотели?
— Хотел познакомиться с вами лично, Борис Семенович. Очень много о вас слышал.
""Да что же такое?"" — по телу девушки пробежала мелкая дрожь. Ксюша была всегда любопытна, но сейчас совершенно не могла противиться желанию взглянуть на мужчину. Воображение рисовало статного красавца, никаких подробностей внешности Ксюша не придумала, но уверенность в привлекательности посетителя была стопроцентной.
"Смяв листы и прижав их к груди, она беззвучно шагнула к лаборантской. Посетитель был скрыт высоким шкафом, и единственное, что она смогла рассмотреть, не выдав себя, это часть мужской спины.