— Достойно, — следующие несколько суток демон не мог думать ни о чем, кроме предстоявшей встречи с истинной. Прогуливался по территории оборотней, смакуя свою удачу. — Вполне достойно для моей пары, — держался вдалеке от особняка, с трех сторон скрытого за высоким забором и последней — вековыми соснами. — А оборотни-то не бедствуют, — хмыкнул, осматриваясь.
“Добротно, безопасно, приятно глазу. Значит, девочка не будет падка на дешевые фокусы и широкие жесты, — мерцая, перемещался вдоль леса. — Но дома ей понравится больше.
Демон больше не испытывал везение, не желая выдать свою заинтересованность раньше срока. По его мнению, лучше всего объявить о намерениях неожиданно, в самый последний момент — забрать истинную, когда придет время, — от этой мысли улыбка не сходила с красивых губ. Каких-то двадцать лет… и каждый прожитый день приближал желанную встречу.
— Ты когда-нибудь задумывался о наследнике? — Балаам лениво потягивал вино, развалившись на мягком диване. Свободной от фужера рукой он блуждал по бедру девушки, так похожей на волчицу из его видений.
Иллюзия же благодарно отзывалась на прикосновения, кротко улыбаясь и заискивающе вглядываясь в алые глаза. Да и что еще оставалось иллюзии — низшему демону, кроме как жаться к мужскому бедру, ожидая подачки. И каждая в тайне надеялась, что именно ее отметит Высший демон и, возможно, подарит такую долгожданную свободу.
От неожиданности Сеар — владелец одного из клубов, которые любил навещать Балаам, — замер с сигаретой у губ:
— Ты встретил пару? — прищурил глаза.
“Неужели думаешь услышать правду?” — фыркнул про себя Балаам, а вслух безразлично произнес:
— К сожалению, из нас самым удачливым оказался Андрас.
Сеар стряхнул пепел и, наконец, затянулся:
— Определенно Великому маркизу повезло. Пара, наследник. Я слышал, он укрепляет свои позиции на западе, все больше и больше оттесняет Фурфура.
— Да, так и есть, — согласился Балаам, про себя ярко рисуя перспективу скорейшего появления собственных наследников. “Интересно, кого же волчица подарит мне: сына или дочь?” — с блаженством фантазировал. — Возможно, Андрасу повезло бы больше, если бы у него родилась дочь. Демоницы исключительно хитры и безжалостны, — он говорил со всем безразличием, на какое был способен, клокоча внутри от лавы накативших эмоций.