Он настоящий.
Отскочив в сторону, резво развернулась к нему лицом. В серых глазах клубится мгла, грозовые тучи. Мои слова ему не понравились.
Протянув руку, крепкими пальцами хватает за подбородок, не давая отвернуться, вынуждая смотреть в глаза. Склонился ниже, почти вплотную приблизившись к моему лицу. Меня словно парализовало. Нет сил сопротивляться, вырываться. Просто стою и смотрю на него, как удав на кролика.
– Жаль огорчать, но ты это уже почти сделала. Почти разбила цепи.
– Их там еще две!
– Ненадолго.
Он так убежденно это произносит, что я ему верю.
– И что будет, когда оковы спадут? Что? Ты уйдешь, оставив меня в покое? Исчезнешь из моей жизни?
В этот раз легкая улыбка касается уголков его губ.
Почти любовно проводит кончиками пальцев по скуле, очерчивает овал лица, и, склонившись еще ниже, практически на самое ухо произносит:
– Никогда.
Дергаюсь, словно от удара. Это слово прожигает насквозь. Рушит надежду, ломает самообладание.
Его лицо так близко. Мерцающий взгляд скользит по коже, заглядывает внутрь, под защитный панцирь. Видит насквозь, читая меня между строк.
Я смотрю в ответ. Практически не мигая. Не пытаясь спрятаться, скрыть эмоции, что раздираю изнутри. Пусть видит! Пусть знает, как сильно я его ненавижу!
Улыбается, с сарказмом. Потом, хмыкнув, отпускает, и еще раз смерив холодным взглядом, просто исчезает, оставив в гордом одиночестве.
Стою посреди гостиной, пытаясь перевести дух.
Зачем я его позвала? Ничего не прояснилось, наоборот запутываясь до невозможности.
Если ему нужна помощь, то почему просто не попросил? Зачем надо было превращать мою жизнь в нескончаемую череду ужасов, жутких тайн, невероятно чувственных прикосновений.
Надо было просто попросить! Да, я сама бы побежала эти цепи откручивать, если бы знала, что его нужно освободить. Давно бы их разбила, лишь бы больше не видеть его, не чувствовать на себе потусторонний взгляд! Зубами бы оковы перегрызла.
Значит, ему такая помощь не нужна. Ему хочется пугать, загонять меня в тупик, вытаскивать на поверхность все ужасы, что хранятся в подсознании, параллельно с этим трахая на разные лады. Конечно, так ведь веселее. Заскучал, поди, пока в заточении сидел!
Во рту горечь, в душе горечь.