С трудом перебарываю желание обхватить себя руками, чтобы прикрыться, согреться.
Нельзя. Он смотрит. Ждет.
Путаясь, избавляюсь от джинсовых шорт, оставшись перед ним в одном простеньком домашнем белье.
Тяжелый взгляд скользит по моим ногам, поднимается выше, чуть задержавшись на груди и, наконец, достигает моей пылающей от стыда и страха физиономии:
– Снимай остальное.
От этих слов затрясло еще сильнее. Они напомнили мне Вадима, его манеру отдавать повелительные указания, ломая мое сопротивление.
Не могу переступить через себя.
Арина что-то бормочет во сне, сворачиваясь в комочек. Маленькая, беззащитная. Ради нее я готова на все. Смотрю на нее, понимая, что пропала, и спасения нет. Он победил, заставил меня смириться со своей участью.
Избавляюсь от белья, оставшись перед ним абсолютно нагой. Пусть делает, что хочет. Это всего лишь тело. И для спасения сестры, я готова самому дьяволу отдаться.
Переступив через одежду, шагаю к нему.
Андрей смотрит в глаза, потом переводит взгляд на губы. Долгий взгляд, тягучий.
Мне кажется, он хочет меня поцеловать. В горле стоит тошнота, но переборов тянусь к нему. Если надо – поцелую, вылижу, что угодно лишь бы Арину не трогал.
Удивительно, но он отстраняется, увернувшись от моих губ. Не целует.
Останавливаюсь, испугавшись, растерявшись. Передумал? Или безвольных подстилок, вынужденных раздвигать ноги, брезгует целовать?"
"Плевать. В душе облегчение, которое тут же меркнет, стоит только увидеть, как он стягивает через голову футболку, не глядя, откидывает ее в сторону.
Нельзя, держусь. Из последних сил, превозмогая тошноту.
Кусаю губы в кровь, чтобы не завизжать, когда его лапища сминает грудь.
Это грязно, мерзко, отвратительно, и то же время от грубого прикосновения простреливает внутри, под ребрами, в животе.
Я не знаю, что это.
А, может, это и не сон был?
А может, наоборот я и сейчас сплю?
Не знаю. Я ничего не знаю.
Уверена только в одном: творится какая-то чертовщина, и я увязла в ней по самые уши, и помощи ждать не откуда.
Его рука скользит по животу, вниз, касается меня между ног. Там моментально становится неприлично мокро. Уже готова. Для него.