Внешность у неё была еще та: засаленные волосы, кокетливо распущенные, практически полное отсутствие груди, и недостающий передний зуб портил и без того не очень симпатичное личико. Лицо же Сайнура было непередаваемо, он захлебывался собственными словами, пытаясь их вставить в мой прочувствованный монолог. Я же входила в раж, припомнила, что пока он тут напивается и тискает девок, его законную жену (демонстрация браслета) какой-то хмырь обзывает шлюхой и воровкой, а он не гу-гу. Уже хотела вставить про недоедающих детей и старушку мать, как Сайнур поднялся и грохнул со всей дури кулаком по столу.
— Муж, значит, вот сейчас ты мне супружеский долг-то и отдашь, — взбешенно прошипел он, расстегивая ремень. Так, похоже, палку я перегнула, надо срочно сматываться, меня же никто защищать от изнасилования не будет, сама распиналась про законную супругу.
— Ага, разбежалась, ты руки-то после этой девахи помой, и не только руки, небось, не первый день развлекаешься. Не хватало еще заразы от тебя подхватить, — брезгливо скривилась я, быстро сбегая к Даяну, который уже стоял на лестнице с ключами от нашей комнаты.
— Так, может, вам к мужу постелить? — перехватила меня хозяйка.
— Пусть проспится сначала, пьянь, — гордо вскинув голову, ответила ей, краем глаза наблюдая, как обманутый в лучших чувствах муженек, запутавшись в полуспущенных штанах, пытается вылезти из-за стола.
— Правильно, так их, госпожа, — поддержала меня тетка. — Совсем кобели распоясались.
Под это напутствие и невнятные угрозы моего фиктивного кобеля, то есть мужа, я поднялась за Даяном на второй этаж.
— Понимаешь, хозяева не поверили, что мы брат и сестра, — смутился парень. — А когда хозяйка услышала окончание твоей речи, ключ от комнаты уже был у меня.
Теперь понятно, почему она поспешно предложила постелить мне с мужем, осознала ошибку и спешила её исправить. Уверена, стоит мне только прийти и потребовать другую комнату, окажется, что все они заняты, впрочем, неважно.
— А где моя ванна? — в ответ на мой вопрос, раздался стук в дверь, мне стало немного не по себе, а вдруг это муженек все-таки выбрался и пришел за супружеским долгом.