Я вернусь

Жалость унижает, а парня и так достаточно унижали, чтобы еще и я своими вопросами и сожалениями бередила его душевные раны.

Минут пятнадцать мы молча наслаждались едой, когда же первый голод был утолен, пришел черед и вопросам."

"— Даян, ты Сайнура, когда гулял за дверью, видел? Чем он занят? — меня немного грызла совесть, все-таки испортила мужику вечер.

— Пьет, — лаконично ответил он.

— Штаны-то хоть застегнул? — рассмеялась, представив, что будет с Сайнуром завтра, когда он протрезвеет и вспомнит, как опозорился с этим ремнем.

Мне он точно это припомнит, ну и пусть, я его до сих пор не простила за то, что бросил нас.

— Застегнул. Зачем ты с ним так, он же ничего нам не обещал и, вообще, не муж тебе, — нахмуренный Даян гипнотизировал меня взглядом, мужская солидарность в действии.

— А как надо было себя вести? Пройти мимо? Даян, пойми, нас ищут. В каждой деревне есть свой соглядатай, который докладывает властям обо всем подозрительном в округе. И вот нарисовались мы, откуда пришли — непонятно, а тут еще несколько дней живет Сайнур, явно кого-то ждет.

Со стороны это выглядело бы подозрительно, особенно после того, как мы бы уехали вместе. После моего сегодняшнего спектакля все решили, что Сайнур ждал жену и её брата, откуда — неважно, но запил, загулял и забыл встретить нас на перекрестке. Мы дошли пешком, злые, уставшие, и я, как нормальная супруга, закатила мужу скандал. Все довольны, подозрения сняты. Когда Сайнур протрезвеет, он и сам поймет мою правоту, а не поймет, объясню. Кстати, о чем он там болтает, не слышал?

— Что все бабы стервы, как ты обманом надела на него брачный браслет. И, вообще, не жена ты ему, ну и в том же духе. Думаешь, после таких речей никто ничего не заподозрит? — усмехнулся Даян.

— Вряд ли, скорее всего, примут за обычный пьяный бред. Каждый второй мужик так о своей жене отзывается. Ладно, сходи, позови парней, пусть лохань уберут, и будем спать ложиться. И еще, Даян, почувствую твои руки не в тех местах, — я задумалась, и чем ему теперь грозить, посмотрев, какие пытки ему пришлось пережить, сознательно больно сделать ему не смогу, — и я на тебя всерьез обижусь.

Парни быстро перетаскали грязную воду и убрали лохань, я сидела на кровати и смотрела на их слаженные действия, прикрыв голые руки одеялом. И то молодые люди явно красовались, неужели скромное декольте и распущенные, влажные волосы настроили их на такой лад.