Так, не думать об этой сволочи, хотя зря я на него вчера накинулась, надо было выслушать его оправдания, а потом уж делать выводы. Я же не истеричная барышня, возможно, я что-то не так поняла, да и сама его обидела в начале. Тем более всю ту пакость говорил его дружок, а он по большей части отмалчивался. Сейчас, успокоившись, я могла рассуждать логически и пришла к выводу, что мы оба были неправы, в нас говорили гормоны и нереализованные желания. Если нам суждено будет увидеться, я обязательно с ним поговорю и выясню, как он на самом деле ко мне относится, только уже спокойно и без истерик.
— Эрин, вы готовы? — заглянул Вельмор в мою комнату. — Вам очень идет, пойдемте, нас уже ждут.
Нас ждала, даже не знаю, как назвать это средство передвижения, что-то вроде удобного кресла с подушками на платформе, и эту конструкцию должны были нести четыре полуголых атлета. У меня случился эстетический шок.
Вельмор помог мне устроиться на ""креслице"", даже засунул мне одну подушку под поясницу, чем вызвал слаженный, завистливый вздох моих носильщиков, от которого у меня пробежали мурашки по спине от страха за свою, пусть не невинность, но честь. Как я поняла, места на этом транспорте Вельмору не полагалось, и он вынужден был идти рядом и рассказывать о достопримечательностях.
Понятно, что меня носили по лучшим улицам, чтобы я могла оценить, в какую ""сказку"" я попала. Но мне было не до сказки, от оценивающих и вожделеющих взглядов было некуда деваться.