С Аглией мне разговаривать было проще, все-таки она девочка, и опять же вспомнилось, как мама в свое время проводила со мной беседы. До сих пор помню, как ей было неудобно говорить со мной о критических днях, и хотя в двенадцать лет я уже о них знала, мне все равно было приятно, что мама мне это рассказала. Потому что чаще всего такие вещи дети узнают сами у сверстников, или подслушав разговоры старших товарищей. Я была права, и Аглия действительно ничего не знала: ни о женских днях, ни о взаимоотношениях между мужчиной и женщиной.
Так что вечер у меня был кошмарным, за Мирой я отправила присматривать Даяна, на неё моих сил не хватило. Только посоветовала подробнее расспросить Аглию о жизни в доме отца. Утром же расставание было скомканным, Лан молчал, ну для него это нормально, Мира стояла в стороне и казалась еще более странной. Только Аглия, добрая девочка, обняла нас с Даяном по очереди, немного всплакнув на моей груди, пришлось пообещать, что на обратном пути обязательно к ним загляну.
— Эрин, а куда мы идем? — не прошло и двух часов, как он очухался, неужели всю ночь не спал, сторожил хранительницу? Не, Даян, конечно, ответственный, но чтобы настолько!
— Ищем, как переправиться на ту сторону, что-то мне плыть в кишащей зубастыми тварями реке не очень хочется.
— Ты умеешь плавать? — на миг сумрачное лицо Даяна озарило удивление.
— Конечно, а ты разве нет?
— Нет, — ответил он и опять нахмурился.
— Ничего, захочешь жить — научишься, — шутка была неудачная, но я хотя бы попыталась. — А ты чего такой смурной с утра? Не выспался?
Мой вроде бы ничего не значащий вопрос вогнал его в краску, похоже, я что-то упустила.
— Даян, мне ты можешь все рассказать, — приобняла его за плечи. — Ты для меня как младший брат.
Он сомневался, но жажда поделиться с кем-нибудь своей проблемой была видна невооруженным глазом.
— Она не попросила остаться, — наконец-то выдавил он из себя.
— Кто не попросил? Аглия? — я мучительно вспоминала, предлагала ли Лия остаться Даяну или нет.
— Нет, Мира.