Все чаще и чаще ее мысли текли в направлении того, что насколько было бы хорошо просто взять и в один прекрасный день исчезнуть. Навсегда.
Так прошел еще один день и однажды утром она, в бесцельном брожении по замку, попробовала выйти из него. Но не смогла, как бы не старалась, переступить порог ни парадного входа, ни черного входа. Ее просто что-то туда не пускало. Даже через окно в кабинете Вермонта пыталась выбраться, но и там не смогла. И конечно именно за этим занятием ее и застукал дворецкий Тройсон и, как всегда со своим невозмутимым видом, спокойно сообщил, что хозяин запретил ей покидать замок.
"Этим же днем она сидела у себя в комнате на подоконнике и, открыв высокое окно, свесила ноги вниз, внимательно разглядывая сад внизу. Интересно, а через это окно она тоже не сможет вылезти наружу? В таком виде ее и застала арта Халлен, которая принесла стопку какого-то белья.
— Что же вы такое делаете арна Кристина? — возмущенно воскликнула она, — Вы же можете упасть!
— Да могу.
Услышав сдавленный вскрик, Кристина повернула голову и увидела, как арта Халлен широко раскрыв от ужаса глаза зажимает рот рукой.
— С вами все в порядке? — без особой заботы в голосе спросила Кристина.
— Да, я в порядке, — прошептала она, все еще с ужасом глядя на Кристину, — но арна Кристина, не нужно говорить такие вещи, даже в шутку, это очень страшно.
— Почему? — решила поинтересоваться Кристина, слишком уж испуганным был тон экономки. Неужели о ней так переживает? Что-то слабо верится.
— Если я умру, например, прыгну из этого окна, разве это так страшно? Ведь для вас я никто, кому от этого будет плохо? — размышляла она вслух и видела, как еще больше округляются от страха глаза арты Халлен.
— Не смейте! — крикнула она, теряя свое привычное самообладание. — Не знаю, из какой глуши вас привез наш хозяин, но даже не думайте о том, чтобы убить себя! А особенно в этом доме! Этот дом и наш хозяин не заслужили этого!
Кристина задумалась над словами экономки, ее горячность удивляла, и чтобы выведать побольше информации Кристина приняла скорбный вид и как можно более миролюбиво проговорила.
— Извините меня, арта Халлен! Я сожалею, если напугала вас.