Я все еще царь. Книга XXXI

— Наверняка, Петр Первый просчитал, что если кто-то поплывет с нашего острова в Японию, то Нахимов, как адмирал, будет вынужден атаковать за нарушение водных границ. Но он этого не сделает, а значит, подорвет авторитет царя. Соответственно, его придется уволить, или еще хуже…

— Тогда логичный вопрос, — ответила Ольга. — Почему не спровоцировать его? Пусть Петя нарушит его авторитет.

— Нет, исключено, — возразил Петр. — Во-первых, его могут показательно казнить, чтобы остальные знали, что бывает даже с самыми сильными, кто ослушался приказа царя.

Петр это понимает, но при этом сообщил нам, что любые наши попытки сесть на корабли приведут к конфликту. Он как бы обезопасил себя и подставил Нахимова.

— Да, — кивнул Трофим. — И Михаил это понимает, поэтому хоть по бумагам водные границы принадлежат Российской Империи, по факту, там правят монстры и Аркадий.

Васька поднялся на коленях у царя, многозначительно посмотрел ему в лицо и потянулся. После спрыгнул и, смешно крутя хвостом, побежал к дверям.

— Что такое? — улыбнулась Ольга, и тут же в дверь постучались.

"

"Трофим не спеша встал и открыл двери. На пороге стояла Дункан с Элем и мисс Палмер.

— Ваше Величество, — поклонилась девушка с порога. — Айседора Дункан с отчетом о задании и документами прибыла.

Петр же улыбнулся.

— Полно, Ася, я пока не царь. Так что можешь называть меня Петр Петрович. Проходи, садись.

Как только двери были закрыты, Ольга щелкнула пальцами, накладывая на комнату заклинания от прослушивания.

— Эль… — немного смущаясь, сказал Павел.

— А мисс Палмер тоже будет с нами? Тут будут зачитаны секретные документы, от которых зависит будущее страны.

— А что не так? — поднял бровь губернатор и упер руки в бока, еще по старой привычке, когда был гусем.

— Ну… Она представитель другой страны…

— Она, в первую очередь, моя сестра, — набычился Эль.

— Паша, брось. Если Михаил им доверяет, то и мы можем не сомневаться в этих людях, — осадил своего сына Романов. — Лучше скажи, где Катя?

— Она сейчас в поместье Кузнецова, — ответил Павел.

— Говорит, что ей надо связаться со своими музыкантами. Думаю, скоро будет.

— Лермонтова будем ждать? — спросил Трофим.

— Нет. Я ему потом все расскажу. Начинаем.

Все склонились над стареньким документом. Простая картонная папка, перевязанная бечевкой. Петр аккуратно взял ее и открыл.

Первый же лист был пуст. Все остальные тоже.

— Эм… — произнес Трофим. — А так и должно быть?

— Почти, — улыбнулся Петр и взял со стола канцелярский нож.