Лизу я узнал по её красной тряпке, именуемой одеждой, которое скорее привлекало к ней внимание, чем что-то скрывало. А вот Бодлера я признал скорее интуитивно, по тому как он держался перед ней. Сцену снимали издалека, поэтому я не мог видеть выражения их лиц, но воображение рисовало хищный и собственнический взгляд, которым Дмитрий буквально поедал Лизу. Насчёт неё мне казалось, что она должна улыбаться, обязательно заигрывающе и призывно. Они разговаривали, и мне было очень жаль, что ничего не слышно.
Происходящее мне не нравилось, но я догадывался, что главное впереди.
Дмитрий поднял руку и коснулся Лизиной щеки, я напрягся, с силой сжав зубы. Они ещё о чём-то поговорили, после чего он её поцеловал. Не могло быть никакой двойственности и неправильности понимания как в прошлый раз. Он её поцеловал. Она ему позволила.
Только Дашкино присутствие и её победный взгляд не давали мне взорваться.
— Ну как? — спросили у меня.
Я не ответил. Просто встал и пошёл к выходу. Мне надо было срочно закурить. Или выпить. Или свернуть кому-нибудь шею. И желательно срочно. Иначе я просто сдохну от переполняющих меня эмоций.
Даша засеменила за мной.
— Зачем ты ей нужен, Ванечка? — почти визжала она. — У неё же олигарх есть. У неё же Москва! У неё всё есть! И только ты ей не нужен.
Она специально била по самому больному, но понимание этого не спасало. Я злобно глянул на Дашку и она истерично засмеялась, от чего на её глазах выступили слёзы. Какая же всё-таки сука эта жизнь.
Я выкурил почти треть пачки, пока более или менее смог взять себя в руки. Думать получалось плохо, потому что на каждую относительно дельную мысль приходились тонны говна. Я честно пытался рассуждать, думать, но в голове так и зудело. И только ты ей не нужен.
Мог найти сколько угодно подтверждений этим словам… Лиза же мне ничего не обещала, мы и не дошли до этой части.