Пальцы продолжают подрагивать, сердце грохочет, отдаваясь гулким биением в ушах. Чувствую себя хирургом у операционного стола! Как можно тщательнее протираю тельце мальчика, стараюсь не пропустить и сантиметра кожи.
- Помоги перевернуть, - закончив обтирания спереди, говорю Тиму."
"Попку и спинку тоже надо протереть. Тим переворачивает малыша на бок, я достаю новые салфетки, торопливо скольжу ими по нежной кожи мальчика. Никита не реагирует на наши манипуляции, крепко спит. Что нас всех сильно волнует.
-Тим, - на выдохе выкрикиваю имя мужчины.
Мой взгляд прикипел к тёмно-фиолетовому пятну, на боку ребёнка. Синяк, размером с мой кулак, не меньше. И как мы его сразу не заметили?
- Убью тварей! – рычит мужчина, когда увидел гематому.
Как малыш получил этот синяк, останется для нас загадкой, мы может только предполагать. Упал! Или же его ударили!
Пальцы сами пробежались по тёмному пятну, я отчётливо ощутила уплотнение под кожей.
- Будем надеяться, что ребра целы, - процедил Бронислав перегнувшись к нам с переднего сидения.
А я вздрогнула от его слов.
- Аня, - выводит меня из оцепенения голос Тима, - возьми себя в руки, скоро врачи полностью обследуют малыша, и если есть что-то, то обязательно вылечат, - подбадривает меня мужчина, хотя сам еле сдерживается.
Киваю, обязательно так и будет.
Дальше мне предстоит самое сложное, на памперс смотрю целую минуту, пытаюсь понять, как правильно его надеть.
- Тут инструкция, - прочищает горло Бронислав, показывая мне упаковку памперсов, из которой он вытащил один и передал мне.
Поняв, где перед, а где зад, мы в четыре руки с Тимом запаковываем Никиту в подгузник, проверяем не туго ли стянули липучки.
- Что дальше? – спрашивает Тим.
- Давай больше ничего одевать не будем, завернём в одеяло, оно тёплое и мягкое, - предлагаю мужчине.
Как представлю, что мне вновь придётся тянуть маленькие ручки просовывая их в рукава какой-либо одежды, становится дурно.
Тимофей поднимает Никиту на руки, взглядом показывает на одеяло, которое я тут же стелю на место пелёнки. Малыш возвращается обратно, я быстро заворачиваю его в обновку, и завёрнутый в кокон ребёнок оказывается на руки возможного папы.
- Костя, - обращается Тим к вернувшемуся водителю, - гони в Москву! – неожиданно меняет курс направления.
В недоумении смотрю на Тимофея.