‒ Нет, ‒ покачала головой, ‒ как ты это себе представляешь, все только стали в себя приходить, перестали походить на изможденные скелеты. Урезать еду не выход скоро нам нужны будут силы для работы.
‒ Я уверен, вы что-нибудь придумаете госпожа, ‒ склонил голову Тоний.
‒ Я тебе сколько раз говорю хотя бы, когда мы одни не кланяйся, ты единственный родственник, который у меня остался. Я с родственника поклоны не требую.
‒ Хорошо, - Тоний улыбнулся и приоткрыл занавеску, рассматривая проплывающие мимо нас кареты.
‒ Будем налаживать связи и разнюхивать полезные новости, ‒ усмехнулась я.
‒ Что вы решили насчет его дочери.
‒ А что я могу решать, она не моя забота.
‒ Этот ребенок может стать угрозой вашим детям.
‒ Тоний, ‒ я с удивлением посмотрела на племянника, ‒ я не буду воевать с ребенком. Я больше не Ядовитая, не забывай, я теперь другая и не хочу, чтобы память ко мне возвращалась.
‒ Хорошо, ‒ Тоний опять согласился, а я нахмурилась. Все же будь девочка одна, я бы не волновалась, но за ее спиной Карана, которая спит и видит, что Волк будет с ней. И на что рассчитывает, хотя откуда я знаю об их отношениях, с его слов… так можно, чего хочешь наговорить.
В честь знаменательно события моего приезда замок украсили магической иллюминацией. Кругом вились мелкие фонарики, как живые светлячки, стены блестели как драгоценные камни, и дамы, увешанные драгоценностями, сверкали не меньше. Я, конечно, понимала, что каждый хочет показать всю свою крутость и богатство, но не настолько же, чтобы вешать на себя килограммы золота и камней. Я в своем светлом платье и правда смотрелась как пастушка, тут Шена была права.