Небольшие с полтора метра, штыри, которые нужно втыкать в землю. В общем, исход — это своего рода гонки. Кто, сколько успеет нахапать себе земли и огородить этими штырями, столько и получит. При втыкании срабатывает заклинание, и на карте Мида показывается кусок, который забрала себе семья.
Штыри, при выдаче, привязываются к одному роду. Довольно интересно было смотреть, как на карте появляются участки с надписями имен рода. Ждать пришлось почти неделю. Я не сидела без дела и осмотрела близлежащие дома, вернее, то, что от них осталось.
Дар был прекрасным металлоискателем. Магини радостно помогали магией, и к тому времени, когда вся карта Мида, покрылась надписями, возле стены лежала порядочная кучка всякого хлама. Как раз и Норвейг подъехал с караваном, который сопровождали воины и маги из тех, что приехали с Рамиро. Брат Мадей последний раз дал мне наставление, как уберечь людей от излишнего заражения тьмой, и загрузился в кибитку, вот с кем мне было жаль расставаться. Но прислужник был не волен распоряжаться своим временем, и его время тут закончилось.
Наш первый караван собирался в путь. Золото пришлось запирать в те же сундуках, которых оно хранилось. Тоний долго распутывал заклинания, которые были на стенах кладовой и делали невидимым магию. Зато понял, как накладывать такие же на кибитки. Их делали с двойным дном, в каждую было запрятано золото, мало ли что может случиться по дороге.
Еще сутки понадобилось нам, чтобы скопировать карту Мида на свое полотно. Для этого тонкую материю натянули на квадратный каркас, укрепили заклинаниями, а потом одна из магичек умеющая прекрасно рисовать, высунув языку, срисовала все, что было у Мида.
— Эту карту я сдам в канцелярии императора, и после того, как ее проверят, останется только дождаться одобрения самого императора. Но, думаю, проблем в этом не будет. В империи слишком тесно, и новые обжитые земли необходимы. Думаю, через пару лет вам придется ехать для принятия новой вассальной клятвы. Если ваши успехи будут высоки, император может вернуть вам титул.
Мид скрутил карту в тубус и устало вздохнул. За эти месяцы имперец похудел, но зато в его глазах появилось спокойствие, делающее его зрелым, взрослым.
— Спасибо за карту, господин сопровождающий, — я улыбнулась ему, — пусть ваша дорога будет спокойной.
— Госпожа Сахрами, — его губ слабо коснулась ответная улыбка, — если ваш путь когда-нибудь будет лежать через столицу я буду рад встретить вас и помочь в любом деле.