‒ Второе, беременные в другую сторону, ‒ пятеро, как и говорил Гарий, двое на поздних сроках, ‒ вам будет поручена ответственная работа. Те, кто обучен грамоте, вы мои помощники, все остальные, выполняете их поручения, как если бы это сказала я.
Потом нашелся кузнец, одна из беременяшек была его дочерью, нашлись швеи, также поварихи, которые уже готовили на всех. Тридцать подростков от тринадцати до восемнадцати лет. Они сейчас рабочее звено нашей общины старики не в счет, слабы. Больше всего было женщин около пятьдесят человек в возрасте от двадцати пяти до семидесяти лет, как Шена.
Первым делом я посадила беременных перебирать вещи Анодеи и в тепле и не тяжело. Составить списки сколько их, цвет, камни, материал, выбрать самые простые отложить для разграбления, остальные убрать в сундуки, это наш неприкосновенный запас. Оставила Шену присматривать, в девичестве старуха была горничной у одной из Сахрами и разбиралась в туалетах материалах и драгоценных камнях. Я не боялась, что они что-то украдут или присвоят, кровники этого сделать не могут, клятва не позволит.
Драгоценностей у Анодеи не осталось, как сказала Шена, но я проверила сундучок, который не смогла в первый день открыть. Сегодня дар не привередничал и живо выстрелил зелеными нитями, пролез в специальные отверстия, и крышка с клацаньем открылась.
Внутри оказались документы на Черную пустошь, где я признавалась хозяйкой мои дети наследниками, а муж консортом, и править будет он. Тут же были договор на брак. Как и сказал мне служитель моего мужа звали Амарант Тоборий, был он из ветви одного из первых драконов, маг ветра.
Мне, чтобы стать опять законопослушной гражданкой империи Намасса, нужно десять лет побыть бесправной, таков приговор. Кроме документов и небольшой печати рода, в сундучке ничего не было. Шена сказала, что все драгоценности Анодея давно распродала, и, к нашему счастью, не догадалась, что платья тоже могут быть ресурсом.
"Была еще одна польза от того, что я исследовала сундучок, я поняла, что могу читать, очень волновалась по этому поводу. Но после того, как я несколько минут таращилась в документы, рассматривая чужие буквы, в голове что-то щелкнуло, и буквы стали понятны как родные. Еле сдержалась, чтобы не сплясать от радости, молча захлопнула сундучок и поставила его назад на пол возле лежанки.