Но кто это сделал, никто так и не выяснил. У меня тоже нет никаких зацепок. Известен лишь метод. Это были ароматические палочки, пропитанные ядом. Однако, как они попали в комнату наследника, не знает ни одна живая душа. Никто посторонний не входил и не выходил из его комнаты. Слуг всех проверили. И ничего! Было такое чувство что парень сам притащил их и сам же решил отравиться. Во что я просто не верю. Не тот у него был характер. И тогда я решил узнать что он делал в последние дни. Вы ведь помните, что он уезжал развеяться и прокатиться по нашим землям.
– Ага, развеяться, – скривился глава. – Опять поди искал новых жертв.
– Да, скорее всего. Но чужих слуг он не трогает, так что мы ничего с этим не делали. Впрочем, это сейчас уже не важно. Куда интереснее другое. По некоторой обрывочной информации мы смогли проследить его маршрут. И то, что там нашли, боюсь, вам не понравится.
– Говори.
– Помните, мы обсуждали череду убийств, прокатившуюся недавно по нашим землям. Кто-то активно начал устранять своих врагов.
– Да, я помню об этом. Ты ещё рассказывал, что пару раз на попытке убийства ловили подростков, которые тут же умирали вследствие воздействия печати. Значит, ты подтвердил эту информацию?
– Да. Мои люди, пока искали, что забыл наследник в тех пустошах, наткнулись на одно место, где мальчишка и провёл свои “каникулы”.
– Я ведь запретил даже думать о подобном! – резко вскочил со своего места мужчина, полыхнув тёмным пламенем по всей поверхности своего тела.
– И всё же, это случилось. Кто-то решил, что риск стоит возможной прибыли.
– Кто-то? – резко успокоился глава клана, хмуро посмотрев на своего собеседника.
"– У меня нет доказательств, – развёл он руками. – Если бы парень был жив, тогда бы ещё был шанс. А так, даже косвенных улик недостаточно. И я уверен, ещё долго не смогу их найти. Уж больно всё продуманно. Как уже сказал, если бы не смерть парня, мы годами искали это место, если вообще смогли найти. Но теперь, зная о нём, я оставил там наблюдателей. Они соберут доказательства, пусть на это и придётся потратить много времени.
– Нет.